– Что хорошо? – спросил Дей и бросился следом за девушкой.
– Хорошо, и есть хорошо, – шла впереди него Мэл, не давая ему возможности себя обогнать. А сама улыбалась, пытаясь не засмеяться в голос. Хорошо-то как, когда рядом есть кому просто сказать, что всю мебель можно заменить, кто раньше чем она даже подумала, уже все решил за нее. Хорошо-то как, когда есть кому заглядывать тебе в глаза и пугаться когда ты ресничками помахала, ну просто так, отгоняя бабочку, наверное. Хорошо, когда есть кому, открыть перед тобой дверь и протянуть руку, боясь, что ты упадешь.
– Но если мы будем только кости вправлять, то тут места маловато, – задумчиво осмотрел маленькое помещение Дей.
– Забыл? Я ведь маг жизни, – усмехнулась Мэл, положив на его плечо руку. – Знаешь, я ведь и сама об этом только минуту назад вспомнила. Я ведь могу лечить, не ставя диагноз, – теперь смеялись оба. Дей прижал Мэл к себе, наслаждаясь тем, что может это сделать, что теперь его одиночество закончилось, а Мэл обхватила его за талию и просто смеялась, надеясь на то, что этот мужчина сдержит свое слово и она сможет вернуться к тем, кого она потеряла.
От Автора!
Приключения Мэлисенты закончатся на этой книге, но могу рассмотреть варианты. Мы, правда не были в морском царстве, но никак не могу придумать даже начало для данной истории. Так что, наверное это будет последняя книга, про приключения Мэл. Спасибо за ваши комментарии и лайки. Всегда им радуюсь, значит клацание по клавиатуре было ненапрасно.
Одиночество
Анн шел по коридорам дворца и пытался вспомнить хоть что-то из своего недавнего прошлого. Вокруг него сновали слуги, тихо отходя в сторону, отступая в тень, а он бесцельно шел. У него на плече роза, он помнит, кто ее нарисовал, но никак не удается вспомнить ее лицо, будто она безлика. Длинные золотые волосы, кожа поцелованная солнцем и руки, тонкие пальчики и такие податливые, нежные. Помнит ее магию – золотую, которая обволакивает ее и тут же исчезает, отдавая ее темноте, черной, беспросветной. А еще он не помнит ее имя. Как зовут ее?
– Эй, Анн Хотч! – женский крик остановил его, заставив развернуться к идущей к нему женщине. Накао Стаакс, красива и надменна, и так не хочется вспоминать ту, которая стала его бичом, Мэлисенту Стаакс, ее дочь. Но что делать, в мире, где мужчины ничто, каждый шаг может стать последним и приходится склонять голову.
– Да, госпожа.
– Долго будешь слоняться по замку? И пусть Тайи и Таура и разрешают вам здесь жить, не принося никакого дохода, я ведь могу и изгнать.
– Да, госпожа, как прикажете, – еще ниже склонил голову Анн, пытаясь продумать свой маршрут из города, так чтобы не попасть в капкан и не оказаться в катакомбах.
– И забери с собой Герарда, мне маги здесь не нужны. Я вообще магию приветствую только в женщинах, – Накао отвернулась от мужчины, и тяжело вздохнула. – И откуда Мэлисента вас вытащила? Моей дочери уже нет в живых, никто не провел ни один обряд, не было ни траурных церемоний, ничего, зато все так и норовят мне под ноги попасть. – Накао остановилась, но потом, тряхнув золотой гривой волос, сделала шаг от Анн. – Ничего, пора навести здесь порядки.
Анн так и остался стоять, склонив голову и рассматривая ковер у себя под ногами, а Накао уходила дальше, шелест юбок и позвякивание золотых украшений на ней, рассказывало ему, как далеко ушла от него та, которая только что его выгнала из дворца.
– Пора и мне начинать жить, а не ждать чуда, – тихо сказал Анн и выпрямился. А чего собственно ждать? Женщины создания странные, бросить тех, кого приручила к себе, кого пометила, да, странное слово, но в этом мире именно так – уже странно. Где та, что нарисовала цветок? То, что она жива – понято. Но где она?
Куда идти отшельнику? Что ему делать? Кто его ждет и что? Теперь, когда на его теле метка, он никогда не станет мужем, он может быть только одиночкой, ведь ни одна женщина не возьмет в свой дом чужого мужа.
– Анн! – голос Герарда вывел его из размышлений. – Мне передали приказ Накао, я ухожу, пойду искать свой путь, – перед Анн стоит мужчина, высокий, сильный и никому не нужный. Были ли у них ночи любви, когда они любили одну женщину – никто из них не помнит, дарила ли она им улыбку или просто разговаривала с ними? Что было в их жизни?