Мэл забралась к нему на колени и полистала книгу: – Тут нет и грамма истины, зачем ее читаешь?
– Скрашиваю одиночество, и жду ночь. Я ужасно соскучился, – целуя ее в щеку и зарываясь лицом в ее волосы, проворковал Дей.
– Хитрец, ты же все ночи со мной проводишь, ну если только не уходишь мальчишек учить, – зарылась пальчиками в его волосы Мэл, чуть оттягивая его голову назад.
– Заметила?
– А то! – тихонько рассмеялась Мэл. – Но я тебе благодарна. Без твоей магии они бы учились долго.
– Что с ними делать потом будешь, уже придумала?
– Оставлю этот дом им. Они хорошие дети, умные и им нужно дать образование и возможность развивать свои таланты.
– Ты забыла, здесь не планета Земля, здесь другие законы, чтение здесь не в почете, в почете сила.
– Не важно, пусть учатся, убивать их научит кто-то другой. У них должно быть хотя бы детство, – обнимая Дея и прижимаясь к нему, прошептала Мэл, понимая, что Дей прав, здесь другой мир, но ей так хотелось, чтобы эти дети были счастливы.
А мальчики стояли в дверях, и слушали даже забыв дышать. Эта пара стала для них родителями, которых они никогда не видели и даже не представляли, как ведут себя взрослые в семье. Женщины для них были как недосягаемые богини, которых нужно было бояться, ведь слухи и рассказы старших мальчишек наводили совсем не на счастливые мысли. Мужчины же не зная как нужно себя вести с детьми, лишь учили их выживать, но совсем не любили их и не заботились. Ведь их этому тоже никто не учил.
Мэл же была прекрасна, ее магия очищала, сняла боль от синяков и порезов, а Дей дал им возможность учиться, читать книги оказалось очень интересно. Эти двое взрослых относились к ним, детям, как к родным членам семьи, никак не требуя поклонов и лобызаний, и без наказаний, а сами мальчики очень старались угодить. Даже пытались влезть в ванную, чтобы угодить госпоже, за что получили строгий выговор и лишились сладкого. Мэл была неумолима, отчитывая мальчишек, рассказывая им, что они здесь живут не для того, чтобы ей прислуживать. Они равны, все равны, и она им благодарна за помощь по дому, но не стоит переходить границы.
– Давай я с ними схожу, вдруг их кто обидит? – предложил Дей, но тут возмутились сами ребята. Мальчишки сразу поняли, что эта пара не хочет привлекать к себе внимание, толкаясь по лавкам, они искусно прячутся за высоким забором, и даже готовы сидеть на одной каше, но не бросятся гулять по столице для новых впечатлений. И вот они стоят и пытаются, перебивая друг друга, рассказать, что они знают, где отличная ювелирная мастерская и где закупаются для барышень украшения, а еще они представляют, как должны выглядеть шпильки госпожи и они обязательно купят то, что нужно.
– Видишь, что делает с детьми любовь, они справятся, – спрыгивая с колен Дея и обнимая мальчиков, проговорила Мэл. – Только дай им золота и письмо для ростовщика, вдруг им не поверят.
– Хорошо, – встал Дея. – Идемте, буду писать письмо. Столько хлопот с этим балом.
– Госпожа, вам еще сережки нужны, все барышни их любят носить и браслеты, кольца.
– Наша госпожа должна быть самой красивой на балу.
– Стойте, – остановила мальчиков Мэл. – Мне нужны только шпильки, постарайтесь найти восемь штук, сережки только гвоздики, с жемчугом, никаких колец или браслетов. Мы не должны быть ярче, чем все остальные дамы. Запомнили?
– Да, госпожа, восемь шпилек с жемчугом, сережки – гвоздики, – ответил Боб с самым серьезным видом.
– Тогда вперед, – и пальчики Мэл прошлись по вихрам мальчишек.
Бал
И вот день икс настал. На Мэл серебреное платье, обтягивающее ее ручки, плечи, корсет приподнял грудь, и открытая спина. Ну не совсем, там сеточка. Широкая мягкая струящаяся юбка, не сковывала движение, ей ведь танцевать и она собиралась перетанцевать все запланированные танцы. Волосы уложила на голове в пучок на затылке, закрепив его шпильками, создав из них корону из жемчуга, остальные волосы пригладила к голове, не дав ни одному из золотых локонов выбиться из прически. Дей себе не изменил, белоснежный костюм тройка и длинные черные волосы, распущенные по широким плечам.