– Ты вспомнил? – спросил Герард, продолжая вливать в Мэл свою магию.
– Не знаю, картинки перед глазами, может это и есть воспоминания? – шептал Анн, глядя, как к ним медленно движется Таура.
А Таура уже опустилась рядом с Мэл на колени: – Надо вынуть кинжал, он застрял в грудине.
– Сейчас, – Ян сориентировался быстрее всех и вот кинжал у него в руке, а золотая магия жизни обволакивает Мэлисенту, создавая кокон вокруг ее тела.
– Где Ханан? – Ян осмотрелся. – Я его сам к праотцам отправлю. За Мэлисенту порву ведь, – наконец отмирая, вставая, прорычал Ян и бросился к Ханану, сидящему на полу, со стеклянными глазами от ужаса того, что он совершил.
А позади всех Накашима медленно оседала на пол у гроба Теффаны, не отрывая взгляда от Асмодея, который что-то продолжал ей говорить. Никто никогда не узнает об этом, Накашима молчала об этом всю оставшуюся свою жизнь, а Асмодея никто и не спрашивал. Да и зачем? Накашима лишилась магии, ее жизнь будет жалкой в мире, где у женщин магия решают все, белые волосы и сухая морщинистая кожа, теперь ее удел лишь воспоминания.
Анн лишь видел, как побледнела Накашима, как ее черные волосы покрылись сединой, показывая реальный возраст женщины: – Кто он такой? – шепотом спросил Анн больше самого себя, чем адресуя свой вопрос кому бы то ни было.
– Бог, – еле слышно ответила Мэл, открывая глаза и глядя в изумрудные глаза. – Я так рада, что ты жив.
– А мы то как рады, что жива, ты, – улыбаясь ей и прижимая ее к себе прошептал Анн, впиваясь поцелуем ей в висок и выдыхая весь свой страх. Ее руки блуждали по его телу, а он просто дышал, говоря спасибо всем богам, что дали ему возможность держать в руках ту, что видел во снах.
– Я только не понимаю, ты же сказала, что зачаровала нашу одежду, – тяжело вздохнул Герард рядом, пытаясь остановить кровь из разорванного бока, а Мэл выдохнула, виновато глядя на него.
– Прости, я вашу зачаровала, а себя забыла. Спешила очень. А где тот, кто это сделал? Не убивайте его, пожалуйста, – попросила она, выпуская магию жизни и залечивая уже раны Герарда. А тот и рад стараться, скривился от боли в последний раз и расцвел улыбкой: – Спасибо, случайно нарвался на его кинжал и ведь бил между швов одежды, как знал куда бить.
– Его Ян потчует чаем, сладостями и кажется, он не сопротивляется, – кивнул Анн, указывая на дерущихся Ханана и генерала. Хотя назвать это дракой было нельзя, это было избиение.
– Останови его, – попросила Мэл, пытаясь вырваться из рук Анн.
– Тихо, полежи еще, ему полезно, – сжимая руки, и не давая вырваться Мэл, проворчал Анн. А к ним уже подходил Дей: – Вот скажи, я же просил быть в столице и меня ждать, почему никогда меня не слушаешь? – опускаясь рядом с ними на пол, спросил Дей. Между бровей пролегла складка, усталые измученные глаза и кривая улыбка на бесцветных губах, а Мэл протянула ему руку: – Так получилось? – осторожно начала Мэл, но тут вмешалась Таура.
– Простите, а вы кто? Ты же не Мэлисента?
– Я, Мэлисента Стаакс, правда, не та, другая. Ее сестра, – ответила Мэл, укладываясь на Анн и наслаждаясь тем, что она может это сделать, ей это позволено и пусть они сейчас все на полу, позы не соответствуют этикету, все это неважно. Они вместе, все. Руки Анн удерживали ее, прижимая ее к нему, и пусть вокруг них слишком много народа, сейчас рядом с ней три мага, и ей никакая барышня даже с магией смерти, нестрашна. Мэл игриво глянула на Дея. – Мы нашли четверых, ну после того, как вылечим Ханана, нас будет уже шестеро, осталось еще четверо. А мальчишки где? – вдруг засуетилась Мэл, сейчас потеря даже одного из ее маленького отряда была для фатальной.
– Мы тут, – послышался голос Камуро позади Герарда и из-за широкой спины появились три счастливые мордашки, испуганные, но счастливые.
– У тебя слишком много мужей, – с тяжелым вздохом произнес Асмодей и лег на пол, головой к ней, вытянув ноги. – Нас и четверо уже много, а еще четверо, да мы передеремся. Я, между прочим весь свой запас энергии израсходовал, пока сюда прыгал, мне нужно выспаться, сейчас я никуда отсюда не готов идти. Еще один такой прыжок и от меня ничего не останется, я распылюсь на атомы, – бурчал Дей, искоса поглядывая на Мэл.