– Тайи, ты видел Мэлисенту, что думаешь? – окликнула она мужа.
– Я не знаю, она напоминает мне сестру, но это не она. Мэлисента была скора на расправу, убивала без промедления и никогда бы даже не дала себя поцарапать, не то, что убить, – ответил Тайи, подходя так близко, как этого дозволял этикет, ведь они не в своих покоях, вокруг них слуги и пока эти слуги чужие им.
– Она назвала того, кто убил сестру – богом, как думаешь это правда?
– Три мага – это сила, с которой нам придется считаться, – покачал головой Тайи, – но мы знаем давно Анн и Герарда, они не навредили нам в столице, думаю, не будут вредить и здесь. Но чтобы контролировать ситуацию я бы попытался удержать эту женщину рядом, она ведь отказалась от звания королевы, значит, мешать нам не будет, но держать ее ближе – лучше, чем дальше.
– Я тоже об этом подумала, – обрадовалась Таура.
– Через час нам придется пройти обряд сожжения тела Теффаны, ты готова? – спросил Тайи и заглянул в глаза Тауры, там был страх. – Я буду рядом, идем, карета готова.
– Нас могут обвинить в том, что похороны слишком поспешные, ведь у нас только сорок трупов мужчин? – испугалась Таура.
– Мы скажем, что Иринос заменяет собой полсотни слуг, так как она магичка и дочь, – поспешил добавить Тайи и легонько сжал холодную ладошку жены.
– Как жаль…
Что было жаль Тауре было сложно понять, может она жалела сестру, может мать, может то, что рядом с ней не было Рады Итон, которую вызвали в ее поместье и она уже пропадала там пять дней, так и не посетив Тауру, а может ей было жаль Мэлисенту… Тайи же очень хотел поговорить с этой новой сестрой, узнать чем она дышит, какова она и почему она исчезла, оставив своих мужчин, а главное куда? Так много вопросов у каждого из них, а ответы они смогут получить лишь утром, впереди тяжелая ночь, ведь эта ночь будет посвящена только Теффане.
Пора закончить начатое
– Знаешь солнышко твоя магия, которая разливается по комнате, очищает не только тело, но и разум, – открывая глаза и глядя на разомлевшую, спящую рядом Мэл, прошептал Дей, наклонившись над ней. Светлый локон зацепился за ресницы и Рей машинально убрал его, открывая своему взору точеное лицо, тонкие брови и аккуратный носик, и губы… Губы, которые захотело поцеловать, но сейчас не время, они не одни, у этой женщины слишком много мужчин. Потому Дей тяжело вздохнул и лег обратно на подушку, размышляя о том, что случилось несколько часов назад. – И почему Герард не использовал магию? А Мэлисента не защищалась, а только устрашала? Что же тут не так?
– А что тут не так? – послышался тихий голос Анн. – Она решила напугать, совсем забыв, что вокруг нее маги не готовые ее слушать, и они не боятся ничего, ну кроме более сильного мага, чем они сами, забыв о том, что она сама маг. Если даже не нанесла на свое платье защиту, а Герард просто забыл о том, что он не только может воевать руками, но еще и головой и бросился на кинжал, понадеясь на магию Мэлисенты, закрывая ее своим телом, – тяжело вздохнул Анн. – Рукой Ханана явно управляли магически, ведь он попал в шов на его жилетке, где магия Мэл была слаба или ее вовсе не было, это было сработано чисто, – продолжил он, вставая с кресла, где минуту назад спал.
– Пора ее посадить в замке, на короткий поводок, еще один такой прыжок, и меня действительно распылит в космосе, а ведь мне еще нужно выполнить свое задание, – глядя на спящую Мэл, задумчиво проговорил Асмодей, и посмотрел на Анн. – Согласен?
– Но как? По-моему это будет сложно сделать, – развел руки в стороны Анн.
– Он предлагает заделать ей ребеночка, – послышался позади тихий голос Герарда.
– Правильно понял задумку, но она против этого, она боится этого, будто в ней стоит магическая задвижка, – покачал головой Асмодей. – Поверьте, после стольких соитий, с вами, со мной, она все еще не беременна и вряд ли будет, лишь потому, что сама себе сказала, что бесплодна, а ее магия ей в этом помогает, слушается и даже поддерживает. Магия жизни не смогла вылечить свою хозяйку, впервые о таком слышу.