– Хорошо, приду. Ладно, не плачь, дам тебе телегу, но за это ты мне будешь должна, – усмехнулся торговец и погрозил пальцем Мэл.
– Отлично, первая кружка за мой счет, – обрадовалась Мэл и растерла ладошки, а позади нее смеялся торговец.
– Хитрая девчонка, хорошо, пусть будет кружка, - погрозил пальцем мужчина.
Рабы
Мужчины помогли забраться на телегу женщинам, а Мэл наблюдала за ними, пытаясь ничем не выдать свои чувства, и как же она хотела в эту минуту, чтобы ее магия вернулась. Вот именно сейчас вернулась. Привыкнув к магии жизни, к тому, что она всегда может помочь, спасти, и получить… Ничего. Девушка поднесла ладошки к лицу и всмотрелась в свои руки: «Давай отвечай! Почему я не могу воспользоваться тем, что мне подарено? Подарки нельзя забирать – это истина стара как мир. Эх! Я попробую как можно дольше продержаться сама», – вспоминая того, кто был добр вначале и стал таким злым сейчас, она никак не могла понять, почему ей все время кажется, что что-то здесь неправильно. – «Разберусь, только жизнь свою налажу и во всем разберусь», – решила она, отгоняя скорбные мысли.
А телега уже тронулась вперед, ведомая твердой рукой слуги отправленного ей в помощь. Рабы сидели, опустив головы, неприкрытые плечи, голые ступни и голодные взгляды, которые сверкали из-под бровей.
Проехав до трактира, Мэл отправила всех в баню. Вообще надо сказать, что Доу была хорошей хозяйкой. Во дворе стояло небольшое одноэтажное здание, которое и предназначалось для принятия водных процедур, правда там не было разделения помещений на мужское и женское, но в эту минуту Мэл об этом и не подумала. Проследив взглядом за уходящими рабами, Мэл отметила, что один из мужчин в очень плачевном состоянии. Исполосованная спина, правый глаз заплыл, идет, опираясь на плечо так сказать друга, и прихрамывает. Видно ему досталось больше всех, и сделала ли она правильный выбор или она сейчас впустила в дом отпетого мерзавца, которого только кнутом и успокаивать.
– И кто тут у нас? – позади Мэл послышался тихий голос старика Грога.
– Дедушка! Это наши новые слуги, – указала она на баню и улыбнулась старику.
– Рабы или слуги? Разные вещи. Я вот слуга, а они рабы, – вздохнул он и развернулся. – Ты девка им одежду принеси, негоже сверкать задом перед гостями.
– Точно, спасибо, – кивнула Мэл и побежала в дом. Доу не только вела всю бухгалтерию, она еще снабжала своих работников одеждой, простой, но удобной. Открыв шкаф на складе, Мэл первым делом решила набрать белья. Приблизительно прикинув размеры и мужчин и женщин, она вытащила корзину с бельем и стала внимательно перебирать тонкую ткань.
– Мужчинам тоже будешь атлас искать? – послышался голос Эммы.
– Нет, но как сказал Грог, негоже сверкать голым задом перед постояльцами. И если уж они теперь с нами будут жить, надо их одеть в нормальную одежду, а не в тряпки, – огрызнулась Мэл. Не нравилась ей Эмма. Черноволосая девушка, белая кожа, черные глаза. Прямо Белоснежка из сказки, только нравом не удалась, а так схожа. – А что работы уже нет?
– А ты у нас, что, бегаешь по рабам? Я ведь не обязана все одна делать? – тут же отреагировала Эмма.
– Да, ладно тебе, я ведь для нас стараюсь. Нам же помощь нужна, – попыталась успокоить ее Мэл.
– Мужское исподнее в другом шкафу, не рви мне сердце, – раскрывая створки второго шкафа, проговорила Эмма и вышла из комнаты, прихватив белоснежный передник. Одежду стирать приходила наемная женщина, она стирала не только одежду слуг, но и одежду постояльцев, это было удобно, и платить можно было в два раза меньше, чем содержать свою работницу. Доу считала, что внешний вид самое главное в трактирном бизнесе, потому выдавала сразу по три смены и белья и верхней одежды своим подчиненным, не забывая и про обувь. Остальное, а это заколки, пояса и всякую мелочь все-таки можно было купить за те гроши, которые она платила за работу.
И вот Мэл идет в баню нагруженная одеждой и уже придумывает, как разместить новую прислугу в тех комнатах, которые им выделены.
«Мне повезло, у меня комната отдельная, хоть и маленькая, но моя. Эмма и Марта живут вместе, еще комната для Лозы, но там можно поставить еще одну кровать и поместить одну девушку. К дедушке Грогу тоже можно разместить одного новенького, а вот что делать с остальными? Ладно, с этой проблемой пусть разбирается Доу, не все же мне решать все проблемы», – раскрывая дверь в баню, она напрочь забыла, что там сейчас моется пятеро человек. Голых. Но ведь она гордилась собой, мало того, что она их спасла, так еще и одежды принесла целый ворох, и обувь притащила. Так в чем проблема? А ее встретил женский крик и мужской вздох. Раскрыв свои фиалковые глаза, она смотрела на вставших перед ней двух мужчин: – Я вам одежду принесла, – осторожно начала она, делая шаг к скамье у двери. – Устроили тут недотрог, – шипела Мэл, раскладывая одежду и опуская мешок с обувью на деревянный пол. – Что я там не видела интересно? – но благоразумие было сильнее гордыни, потому она лишь кивнула мужчинам и открыла дверь. – Когда оденетесь, отведу вас на кухню, вас надо накормить, – громко сказала она и вышла на улицу. Уже на улице повернулась к бане и фыркнула. – Вот же. Интересно, а тот с раненой спиной где? Что-то эти были слишком грозными, может, нужна помощь?