Мелисента хлопнула ресницами и перевела взгляд с мужа на Лорисс, потом обратно.
-Я прошу тебя, - вдруг сказала графиня, - не вини молодого человека. Он деревенский парень, не знаком с правилами приличия. Увидел женщину, зажглось… Молодой, необузданный.
-Ты! - но граф сдержался. - Иди к себе.
Графиня не заставила его просить дважды. Зашуршав юбками, она стремительно направилась к двери, и еще стремительней исчезла за ней.
-Ну, что же, молодой человек, - граф вставил факел в кольцо на стене и медленно достал из ножен меч. - Как вы объясните свой поступок?
Лорисс молчала. Бессмысленные слова “я не виноват, ваша жена сама меня домогалась”, застыли на губах. Граф не поверил своим глазам, так неужели поверит ее словам? Что бы она ни говорила, как бы ни оправдывалась, Ильяс уже обвинил ее. Она не могла отделаться от ощущения, что вся ситуация, и домогательства Мелисенты, и последующее явление разгневанного мужа, складывались в непонятную картину. Непонятную, но явно комического характера. И чем дольше она пыталась себе объяснить, что оставаться в таком состоянии, значило играть со смертью в прятки, тем труднее было удержать глупую улыбку.
-Прошу прощения, граф, - собственный голос подчинился Лорисс с трудом. - Я оступился и упал, графиня пыталась меня поддержать…
-За дурака меня держите? - вежливо осведомился граф. - Похож?
-Упаси Отец, граф, я не хотел вас обидеть. Графиня права, я деревенский парень, несколько перебрал за ужином. Я с роду не пил вина, только пиво, вот и не удержался на ногах…
-Закрой рот, - глаза Ильяса постепенно наливались кровью. - Ты деревенский парень? Не граф, не богатый горожанин, не рыцарь, не кавалер? Знаешь, что тогда я должен сейчас сделать?
-Простите, - Лорисс поднялась с кровати. Меч Мелисента успела - и когда только успела? - отстегнуть от пояса, но метательные ножи по-прежнему оставались в гнездах, их можно было снять только вместе с поясом. Лорисс просто отметила этот факт. До того, чтобы использовать их мысли ее не дошли. То была всего лишь реакция на обнаженный меч в руках Ильяса.
-Я спросил у тебя, - граф повысил голос, - ты знаешь, что я должен с тобой сделать за оскорбление моей жены? Если ты деревенский парень, я убью тебя, и буду прав. Но если ты знатный вельможа, я вызываю тебя на дуэль. По старым правилам. Выбирай, или сдохнешь, как собака, или завтра утром мы будем драться! Выбирай, щенок!
-Погодите, граф, - Ильяс наступал, но Лорисс отступать было некуда. Разве только опять упасть на кровать. - Вся история не стоит вашего гнева, - все, что могла сделать, Лорисс сделала: она повысила голос.
-Честь моей жены для тебя - пустяк? - граф вперил в нее одновременно и разгневанный взгляд и острый меч.
Увидев у своей груди обнаженный металл, Лорисс коротко вздохнула. Трудно остановиться, когда тебе угрожает опасность, а ты вполне способна защищаться. Рука сама собой потянулась к ножу.
-Молчишь? - взвизгнул граф. - Я проткну тебя! Или назови свое имя, чтобы мы могли драться на равных! Завтра поутру нас высадят в лесу в разных местах с луком и кинжалом. Там, за рекой девственные места. Мы будем пробираться навстречу друг другу, а в условном месте встретимся! Я милостиво разрешаю тебе использовать любые средства, которые подскажет тебе твое жалкое воображение. Нас рассудит Отец! А он на моей стороне! Тот, кто попирает законы, тот, кто ведет себя, как хорек в клетке с курами, будет убит! Для меня очевидно, что из леса выйдет только один! - тут граф перешел на громкий шепот. - И это будешь не ты.
Дурацкие какие-то правила, успела подумать Лорисс, а если они не найдут друг друга в лесу? Но потом, вглядевшись в маленькие, налитые кровью глаза, она поняла: уж он положит все силы на то, чтобы оставить в лесу ее тело на съедение диким зверям. И предупреждая ее по поводу любых средств, в первую очередь оставлял за собой право пользоваться любыми, и в том числе далекими от чистоплотных.
Граф стоял в двух шагах от нее, выставив вперед меч, едва не касавшийся ее груди, на этот раз не защищенной ничем. Сделай граф шаг… Да, что там шаг - пол шага вперед - и все. Можно успеть бросить нож. Вполне вероятно, она останется жива. Но граф… Но мертвый граф, ни что иное, как всего лишь отсрочка ее собственной гибели. Ибо вырваться из замка и уйти от неизбежной погони - та еще проблема.
-Вы делаете ошибку, - начала Лорисс.
-Умри, как собака, благородные люди так себя не ведут! - граф подался вперед, но меч его проткнул пустоту.
Лорисс сделала то, о чем не думала. Она отшатнулась влево и кувыркнулась на кровати в сторону. Но, вскочив на ноги, она и не подумала о мече, сиротливо лежавшем на смятых простынях. Лорисс думала лишь о том, как выиграть время, чтобы внести малую толику сомненья в целеустремленные действия графа.
-Как вы объясните остальным мое убийство?
-Я вызываю тебя на дуэль! - в его глазах что-то едва уловимо дрогнуло.
-Хорошо, граф, я принимаю вызов, - начала Лорисс, но граф ее перебил.
-Принять мой вызов может только человек благородной крови! Назови свое имя!
-Позже, - Лорисс облизнула сухие губы. - Как вы объясните причину нашей дуэли?
-Я скажу правду! - взвизгнул граф. - Что ты грязно приставал к моей жене!
-Сейчас никто не знает о нашем разногласии, - Лорисс старалась говорить спокойно. - Но если завтра вы во всеуслышание заявите об этом, пострадает честь вашей жены.
-Щенок! Это ты - ты - смеешь мне говорить об этом! Я убью тебя, и твоей кровью… - граф страстно махнул мечом слева направо.
-Даже если вы убьете меня - останется молва. Глеб с друзьями наверняка захотят услышать подробности. Но если ваше объяснение заставит их замолчать, всегда остается кто-то, кто промолчать не сможет. Вы же знаете, как люди любят посплетничать. Служанка шепнет своей знакомой, та своей, в результате имя вашей жены будет у всех на устах. И говорить будут всякое. Кто-то поддержит вас. А кто-то…
-На что ты намекаешь? - прищурился граф.
-Прежде всего, на то, что на каждый роток не накинешь платок. Благородные люди поверят вам. Но, к сожалению, многим далеко до благородства. Им бы посплетничать. А когда происшедшее обрастет слухами…
Чем больше Лорисс говорила, тем яснее видела, что ее слова имеют вес. Сначала растерянность мелькнула в глазах графа. Потом растерянность сменилась задумчивостью. Потом граф глубоко вздохнул и опустил меч.
-Ты убедил меня, щенок, - с ненавистью сказал он. - Завтра мы будем драться по старым правилам. У меня есть два надежных человека. Никто не узнает о причине нашей дуэли, тем более что я не сомневаюсь в победе. Я разбужу тебя на рассвете. Все.
Четко печатая шаг, граф прошел через комнату и вышел, шумно закрыв за собой дверь. Мелькнувшая у Лорисс мысль, что уж больно легко граф отступил, исчезла, оставив ей легкое чувство неуверенности, тотчас сменившееся растерянностью, в преддверии неизбежно наступающего утра.
3
Нельзя сказать, что среди ночи Лорисс проснулась. Состояние, в которое она время от времени погружалась, сном уж никак не назовешь. Но по всей видимости, забытье все же овладело ею, потому что она услышала шорох уже в комнате. Пытаясь унять сильно забившееся сердце, девушка в любой момент ожидала грозного оклика Ильяса. Прислушавшись, она с удивлением осознала, что осторожный шорох принадлежит двум людям. Одно едва слышное шуршание доносилось от двери, другое буквально рядом, с другой стороны кровати.
Старательно следя за тем, чтобы ее дыхание не менялось, Лорисс напряженно вслушивалась.
-Нашел? - шепот, раздавшийся от двери, оглушил Лорисс.
-Нет еще, - второй шепот послышался у самого уха.
Лорисс спала не раздеваясь. Пока мысли лихорадочно вертелись вокруг того, что именно должен был найти незнакомец, рука машинально нащупала на боку пояс с ножами. Лорисс чуть не вскрикнула: в тягостных раздумьях и не заметила, как рукоять больно уперлась в бок.