Детектив Хэллидей, Дэн Форд и Жан-Люк были убиты одним и тем же, острым как бритва орудием. Не тем ли самым ножом, что исчез из сейфа Фабиана Кюртэ? А если да, то что? Убийца просто счел его удобным оружием, или использование именно этого ножа несло в себе какой-то особый, тайный смысл? А если ответ на этот вопрос звучит утвердительно, не означает ли это, что убийца еще не закончил свою кровавую работу?
38
Улица Гюисманса, дом 27, квартира Армана Дрюэна, брата Надин Форд. То же самое время.
Надин Форд находилась в состоянии шока, которое усиливалось от сознания того, что ее еще не родившийся ребенок никогда не увидит своего отца. Однако ни это, ни пристальные взгляды полицейских, присланных Ленаром, чтобы опечатать ее квартиру, не помешали ей собрать и уложить в два объемистых чемодана свои пожитки и вещи Мартена. Более того, она ухитрилась украдкой вынести записную книжку Хэллидея и папку, в которой Дэн хранил материалы, связанные с его текущей работой.
И вот теперь, уединившись в маленьком кабинете брата Надин, Мартен, полупьяный, опустошенный событиями сегодняшнего дня, сидел за письменным столом, положив перед собой записную книжку и папку, и смотрел на них.
В других комнатах, среди столов, уставленных едой, напитками и вазами с цветами, находились Надин, ее родители, брат и сестра, их мужья и жены, а также многочисленные приятели и приятельницы Дэна, его коллеги. Казалось невозможным, чтобы такое количество людей поместилось в небольшой квартире!
Чуть раньше, когда Николас решил покинуть гостей, он проходил мимо спальни и через открытую дверь увидел Надин. В одиночестве она сидела на кровати и, устремив взгляд в пустоту, гладила большого желтовато-рыжего кота. Это была почти та же картина, которую он наблюдал в доме Макклэтчи: вдова коммандера, сидящая в одиночестве в его кабинете с чашкой остывшего кофе и глядящая в никуда. А на ее коленях — тяжелая голова большого черного лабрадора.
Мартену было просто необходимо глотнуть свежего воздуха, пока он не задохнулся от терзавшего его горя. Поэтому, невзирая на предостережение Ленара, он вышел на улицу и пошел куда глаза глядят. Возможно, в глубине души он надеялся, что Реймонд находится где-то поблизости и, возможно, даже следит за ним. Если повезет, преступник как-то выдаст себя, тогда — тем или иным образом — все будет кончено. Но ничего не произошло, и через сорок пять минут Мартен вернулся в квартиру, сразу же прошел в кабинет и принялся за работу. Он хотел найти какой-то ключ, какую-нибудь ниточку, которая приведет его к Реймонду.
Если это был Реймонд.
Теперь, просматривая записную книжку Хэллидея и раскладывая перепутанные, вываливающиеся страницы по порядку, он пытался расшифровать заваливающиеся влево каракули в поисках хоть чего-то, что могло бы оказаться полезным. Страница за страницей, заполненные неоконченными предложениями, записями, порой состоящими из одного слова, именами, датами, названиями мест. Как Мартен уже успел убедиться, большая часть записей носила личный характер, касалась семьи Хэллидея. Однако сейчас было не до этики, и он продолжал искать.
Так прошло четверть часа, и, наверное, следовало заняться папкой Форда, но в этот момент он увидел в самом верху потрепанной страницы ежедневника «Феликс Норманн». Да ведь это же тот самый врач из Лос-Анджелеса, который подписал свидетельство о смерти Реймонда! На следующей странице встретилась еще одна любопытная запись: «Доктор Герман Грей, пластический хирург. 48 лет. Проживал в Бель-Эр. Неожиданно для всех уволился, продал дом и выехал из страны». Далее в скобках значилось: «Пуэрто-Кепос в Коста-Рике, затем Розарио в Аргентине. Сменил имя на Джеймс Патрик Одетт. ALC/несчастный случай на охоте».
Следующая запись была сделана карандашом, затем стерта, словно Хэллидей разозлился на самого себя, а потом вновь воспроизведена, но уже печатными буквами: «26.01 — ВАРИГ, 8837». 26.01 было, очевидно, датой — двадцать шестое января, «Вариг» было названием авиакомпании, а последние четыре цифры — номером рейса.
Мартен включил компьютер Армана, затем отыскал сайт «Варига» и ввел в область поиска четыре цифры: 8837. А вот и ответ: Лос-Анджелес — Буэнос-Айрес.
Мартен задумчиво смотрел на записную книжку Хэллидея. Может, листая ее, он что-то пропустил? Он снова открыл ее и теперь изучал суперобложку, точнее, те бумаги, что были в нее вложены: фотографии детей, паспорт, дорожные чеки на сумму в одиннадцать тысяч долларов и два полученных по факсу электронных авиабилета. Первый — на рейс авиакомпании «Юнайтед эйрлайнз» по маршруту Лос-Анджелес — Париж, второй — на вылетающий 26 января рейс «Варига» из Лос-Анджелеса в Буэнос-Айрес с открытой датой возвращения.