А пассажиры, которые сейчас наверняка войдут сюда? С ними нужно будет поступить так же: представиться, показать жетон и попросить перейти в следующий вагон.
Состав медленно двигался вдоль платформы, и за окном проплывали лица иззябших и вымокших пассажиров. Затем машинист включил тормоза, поезд остановился, и двери вагонов медленно с шипением открылись.
6.16
Бэррон спрятал кольт за спину и попятился, внимательно глядя на дверь вагона. Он был почти уверен, что сейчас в нее войдет Полчак или Вальпараисо, а за ними ввалятся и все остальные. Однако в вагон никто не входил.
Прошло пять секунд, десять. Бэррон посмотрел на Реймонда, затем на массивную громадину локомотива, видневшуюся сквозь стекло в переднем торце вагона. Еще через пять секунд с шипением закрылись двери, а в их вагоне так никто и не появился. Прозвучал предупреждающий гудок, послышалось рычание дизельного двигателя, состав тронулся с места и стал набирать скорость. Джон с облегчением вздохнул. Скоро они прибудут на станцию Глендейл, а потом еще четырнадцать или пятнадцать минут пути, и — Юнион-стейшн.
Бэррон попытался представить себе их прибытие на вокзал, беснующуюся на платформе толпу репортеров, папарацци, операторов, каждый из которых пытается занять как можно более выгодную позицию, прежде чем из вагона выйдет печально знаменитый Рей Курок — Торн в сопровождении детектива Бэррона. Тогда и только тогда он сможет…
В этот момент он понял, почему никто из пассажиров даже не предпринял попытки войти в их вагон.
— Проклятье!
Сунув пистолет за пояс, он метнулся в заднюю часть вагона и сорвал пиджак, которым он занавесил дверь, чтобы избавиться от любопытных взоров.
— Боже мой!
Единственное, что он увидел, были железнодорожные рельсы. А вот вагонов уже не было. За то недолгое время, пока состав стоял на станции, от него отцепили все вагоны, кроме первого. Теперь состав состоял лишь из вагона, в котором находились Бэррон и Реймонд, и локомотива.
77
6.18
— Что они задумали? — запаниковал Реймонд.
— Заткнись!
— Сними с меня наручники! Ну пожалуйста, Джон!
Бэррон проигнорировал эту мольбу.
— Если нам удастся слезть с поезда раньше, чем они нас увидят, я смогу вызвать самолет, и он прилетит в любой аэропорт, чтобы забрать нас. Мы можем улететь все вместе: ты, я и твоя сестра.
— Моя сестра? — Его словно хлестнули плетью по лицу.
— Ты же не бросишь ее, верно?
— А ты готов дергать за любые ниточки, чтобы я вытащил тебя из этого дерьма.
— Подумай об этом, Джон, ведь ты же любишь ее! Ты не сможешь скрыться и бросить ее одну. Или сможешь?
— Да заткнись же ты!
Мало того что Реймонд тайно проникнул в его жилище, он еще смеет что-то говорить о Ребекке! Да он даже не имеет права подумать о ней!
Внезапно Бэррон вспомнил о том, где находится и что происходит. Он посмотрел в окно. Железнодорожные пути здесь делали плавный изгиб. Впереди — станция Глендейл. Они прибудут туда через считанные секунды. Бэррон вытащил из-за пояса кольт, а левой рукой сжал «беретту».
Увидев, что остальные вагоны отцепили от состава, он было собрался позвонить Дэну Форду и попросить его, чтобы он предупредил собравшихся там журналистов: с поездом что-то не так и могут возникнуть проблемы. Однако, поразмыслив, понял: из этого ничего не выйдет. Даже если Дэну удалось созвать репортеров и они уже ждут их прибытия на Юнион-стейшн, поезду все равно не суждено доехать до станции. Куда его направят, Бэррон, естественно, не знал. Глендейл становилась все ближе, а между ней и Юнион существовало множество боковых веток, запасных путей и сортировочных станций, куда могли загнать локомотив и единственный следующий за ним вагон.
— Дай мне пистолет. — Джон уставился на своего пленника. — Они убьют нас обоих, — произнес тот.
Из недр локомотива неожиданно раздалось утробное рычание, и вместо того, чтобы замедлить ход, он начал набирать скорость. Чтобы удержаться на ногах, Бэррону пришлось ухватиться за спинку сиденья. За окном, в темно-сером утреннем свете, промелькнула железнодорожная станция Глендейл. Он ожидал увидеть лица пассажиров, удивленных видом поезда, состоящего всего из одного вагона, который к тому же не остановился на станции, а проскочил мимо нее. Однако вместо них мимо вагонного окна промелькнули смутные очертания столпившихся на платформе полицейских и примерно с десяток черно-белых патрульных машин на привокзальной парковке. А потом он увидел Ли. Чернокожий великан бежал от парковки по направлению к платформе, не сводя глаз с единственного вагона. На долю секунды их взгляды встретились, и в тот же миг Рузвельт Ли поднес к губам рацию.