Станция осталась позади, теперь за окном виднелись широкая лента реки и огоньки машин, мчащихся по шоссе Голден-стейт.
Поезд снова стал тормозить, и Бэррону, чтобы не упасть, опять пришлось вцепиться в первое, что попалось под руку, — тянувшийся вдоль всего вагона хромированный поручень.
Скорость локомотива стала еще меньше, и под колесами послышалось характерное металлическое лязганье. Было очевидно, что стрелки перевели, и состав перешел на запасной путь. По обе стороны серебристыми змеями тянулись бесчисленные рельсы и виднелись какие-то хозяйственные постройки, напоминающие склады. Поезд миновал еще несколько стрелок, а затем дневной свет, пусть и скудный, погас вовсе. В течение нескольких секунд они ехали в полной темноте, а затем поезд дернулся и остановился. Еще через секунду двигатель умолк, и наступила тишина.
— Где мы? — послышался из темноты голос Реймонда.
— Не знаю.
78
6.31
Бэррон сунул кольт за пояс и, вооруженный только «береттой», двинулся вдоль вагона, вглядываясь в окна. Судя по тому, что можно было разглядеть, они стояли либо под крышей, либо под навесом большого склада в форме буквы U. Повсюду высились платформы, на которые с товарных поездов сгружали контейнеры для их последующей разгрузки. Вдоль стен тянулись огромные ворота, помеченные яркими цифрами красного, желтого и синего цветов. Свет прожекторов проникал в окна вагона, разделяя его на широкие полосы света и тьмы.
Чтобы лучше видеть, Бэррон вытянул шею и разглядел на соседних путях несколько товарных вагонов. Там царила кромешная темень. За какие-то двадцать минут они словно вернулись из раннего утра в непроглядную ночь.
Он покосился на прикованного к багажной стойке Реймонда, но в этот момент его внимание привлекло какое-то движение снаружи. Он снова посмотрел в окно и увидел высокого мужчину в форме железнодорожника, который со всех ног убегал вдоль путей и вскоре скрылся из виду. Вне всякого сомнения, это был машинист поезда.
— Дай мне шанс, Джон, — снова подал голос Реймонд, также увидевший машиниста. — Сними с меня наручники.
— Нет.
Внезапно Бэррон вспомнил о своей полицейской рации, которая находилась в кармане его пиджака, валявшегося в дальнем конце вагона. Низко пригнувшись, он кинулся туда, пробегая через светлые и темные полосы. Со стороны он, наверное, походил на арлекина.
Включив защищенный от прослушивания канал, которым пользовались члены бригады, молодой человек невольно вздрогнул от громкого треска статических разрядов, а потом…
— Джон, ты меня слышишь? — прозвучал из рации спокойный, даже расслабленный голос Вальпараисо.
Бэррону показалось, что волосы у него на макушке встали дыбом. Он снова выглянул из окна, но не увидел ничего, кроме ярко освещенных грузовых ворот. Перебежав через проход, он посмотрел в окно с другой стороны вагона, но и там виднелись темные силуэты товарных вагонов, за которыми также угадывался свет прожекторов, направленных на грузовые ворота.
Вдруг его внимание привлек свет фар автомобиля, который заехал в ангар и двинулся по гравию между путями в сторону их вагона. Затем машина остановилась, фары погасли, и дверцы открылись. Мелькнула огромная фигура Ли и тут же растворилась в темноте.
— Джон, вы находитесь в помещении склада, — снова раздался из рации голос Вальпараисо. — Патрульные оцепили всю прилегающую территорию. Можно все уладить либо по-хорошему, либо по-плохому. Выбирай сам. Отдай нам Реймонда и сможешь уйти, никто тебя и пальцем не тронет. Нам бояться нечего. Даже если ты решишь написать обо всем этом официальный рапорт, ты окажешься один против нас четверых, так что тебе все равно никто не поверит. В худшем случае отправят в отпуск, чтобы подлечить нервишки.
— Он лжет! — послышался из дальнего конца вагона голос Реймонда. Или, быть может, эти слова раздались в голове Бэррона? Нет, то был определенно Реймонд, однако теперь его голос звучал ближе, чем раньше. Не освободился ли он, случаем, от наручников?
— Нам нужен только Реймонд, Джон. Зачем нам ты?
— Все это началось в поезде, Джон, в поезде и закончится, — снова послышался голос Реймонда.
С рацией в одной руке и с «береттой» в другой, Бэррон вглядывался в черноту вагона, изрезанную белыми полосами света. Теперь голос слышался с еще более близкого расстояния. Реймонд приближался, и Бэррон это знал.