Я довольно протянула Алисе ладонь, и она, улыбнувшись, дала мне пять.
⁃ Вы чего, девчонки, я, конечно, мечтал порезвиться с двумя, но утонуть при этом в мои планы не входило - Марко появился перед нами и начал махать головой, разбрасывая на нас брызги.
Мы ещё долго плавали, топили и догоняли друг друга. Под конец все чувствовали, что устали, хотя весёлая улыбка не переставала светиться на наших лицах. Могу официально заявить, что это был самый лучший день за последнее время.
На следующий день я проснулась очень поздно. Вернувшись домой, Марко снова завалился к нам на Бастион и выпроводить его оказалось той ещё задачей. Вначале он потребовал торт, ведь уйти без десерта это крайне негостеприимно. Меня это нисколечко не смутило, но Алиса, услышав это начала молниеносно расставлять тарелки, так что мне пришлось поддержать ее в неистовом рвении быть лучшей хозяйкой года. Потом этот придурок заявил, что торт без чая — это чуть ли не смертный грех. Как вы понимаете, чай тоже был разлит и выпит. И под конец - торту и чаю чертовски важно перевариться! Поэтому он ни в коем случае не мог уйти прямо сейчас из дома. Злость моя дошла пика, и я уже готова была удушить его прямо на месте. Только тогда наглый гость наконец решил свалить домой и оставить нас в покое. Было это далеко за полночь, и я рухнула на постель без задних ног.
Когда я вышла на палубу, день уже был в самом рассвете. Солнце жарко светило и мне резко захотелось остаться прямо тут, почитать какую-то книгу и наслаждаться чудесной погодой. Я обожала читать и на корабле даже не хватало места, чтобы держать в порядке все мои книги. Они лежали где попало, но я точно знала где какая находится. Выбор пал на новенький роман, в красивом перелёте, который был куплен недавно. Давно хотела начать его, но времени все как-то не хватало.
Роман поглотил меня полностью, и я уже не замечала ничего вокруг, но вдруг на весь порт раздался скрип колёс. Машины — это вообще уникальная редкость в Баретте и тут они принадлежали единицам. Это заставило меня отложить книгу и начать искать владельца, ведь вероятнее всего это был кто-то из Стидды.
Чёрная матовая машина неслась со скоростью света и на какой-то миг мне даже показалось, что сейчас она свалится в воду, не сумев справится с управлением. Но водитель вовремя затормозил, оставив за собой на дороге след от колёс. Владельцем этого грозного зверя с красными фарами мог быть только один человек. Прямо сейчас он выходил из машины, громко грюкнув дверью. Внутри меня пронеслось тысячи электронных зарядов, ведь Рет направлялся прямо к Бастиону и словно фары машины, глаза его горели алым пламенем ярости.
Глава 12 Катарина
Филипп сидел на противнике и так яростно размахивал руками, что кажется, даже воздуху было больно. Вначале я осталась, чтобы убедиться, что он уйдёт живым. Ранее мне приходилось слышать множество историй о том, как кто-то видел, что после незаконных боев, из места проведения вывозили пакет с трупом. Я сказала себе: «Уйду, как только пойму, что ему ничего не угрожает». Но весь поединок преимущество переходило от одного бойца к другому и расслабиться нельзя было ни на секунду. Сейчас лицо противника Филиппа было изуродовано. Его черты уже невозможно рассмотреть. Выглядело все отвратительно и тошнотворно.
Тогда, на «Уиде» я стала свидетельницей смерти многих людей. Я и сама убивала. Только все это и рядом не стояло с тем, ужасом, который охватил меня сейчас. Когда ты становишься вестником смерти - это непростительно в любом случае, но я часто успокаивала себя тем, что быстрая смерть - лучший конец для подонков. Человек, лежащий в центре закрытого круга, не просто умирал, он мучался и страдал, а его все равно не оставляли в покое. И все это делал тот, кому я приписывала самые добрые и светлые качества в мире. Филипп казался мне принцем из сказок, что спасает несчастных девушек, а оказался бесчувственным драконом, раздирающим лапами своих жертв.
Сердце как будто сжимали и дыхание останавливалось прямо в груди. На моих глазах живого человека превращали в кусок мяса и сделать я ничего не могла. Зато ликующая толпа вопила и просила еще. Возбужденные мужчины ломились прямо на сетку и кричали «Убей его». Честно говоря, я почему-то была уверенна, что он уже давно мёртв.
Филипп прекратил удары и гул стал громче. Изуродованное тело Джейса Олдриджа продолжало безжизненно лежать, точно так же, как и при избиении. В моих ушах слышалась только пульсация крови. Я уцепилась за край ограждения так сильно, как только могла и сцепив зубы мысленно умоляла Филиппа закончить весь этот кошмар. Будто бы услышав, он повернул голову в мою сторону. Его огромные глаза блестели. Нет, не от злости и не от ярости. Скорее всего, это слёзы. Но возможно, мой мозг просто продолжал тщательно искать попытки найти оправдания.