⁃ Там сейчас холодно, - объяснила она.
И этот маленький жест показался мне таким милым, что ком застыл в горле. Наверное, будь моя мама жива, она так же собирала бы меня в путь. Пекла выпечку и оставляя что-то, что согрело бы меня в пути. Эти люди стали для меня настоящей семьей. И мысленно я поклялась, что и правда ещё вернусь к ним.
На прощание Тор так же обнял меня и прошептал: «Отомсти им». Тело напряглось. Неужели он знает? Может, я кричала во сне? Почувствовав мое недоумение, он дополнил: «Знаю, что ты не просто так оказалась полумёртвой на улице». И после этого он отпрянул и улыбнулся. Я все ещё не понимала, как он сложил два плюс два, но ещё больше меня удивляло именно такое наставление. Тор мирный и добрый человек, прекрасный семьянин и трудолюбивый работник. Это не вязалось с принципами о мести. Но в очередной раз напомнило мне, что мы не знаем, что скрывается в душе каждого. Какие истории и мрачные глубины. Еще один пункт, который я пометила для себя. Если будет возможность, хочу узнать, что заставило Тора верит в то, что месть — это пилюля для душевных ран.
Самой большой проблемой оказалось - принять море. Все три дня я сидела на пирсе и думала, что не смогу больше ступить на корабль. Даже просто смотря на волны, меня начинало укачивать и тошнить. Потом наступала лютая злость на себя. Почему я оказалась такой слабой? И почему все так сложилось, что то, что я любила больше всего в мире, стало моей главной слабостью?
До момента отправления я так и не нашла способ справиться с этим.
⁃ У меня хотя бы каюта будет своя? - спросила я, когда встретила Рейну.
⁃ Будет. Только не забудь, что каюта будет у Патрисии, торговки картошкой.
⁃ А где настоящая Патрисия?
⁃ Уверенна, что хочешь знать? - развернулась раздражённая Рейна.
Из каюты я не выходила. Меня снова тошнило, но в этот раз в углу комфортной каюты хотя бы стояло ведро. Больше всего я боялась, что зайдёт Рейна и увидит эту мою новую слабость. Но она, к счастью, была чем-то занята и за всю дорогу так ко мне никто и не зашёл. Мне казалось неестественным то, что я не хотела показывать свою неспособность выходить в море. Может, Рет даже отпустил бы меня если бы узнал, что капитан, на которого он уповает, стал никудышным моряком. Но за эти три дня вернуться - стало моей главной мотивацией. Ещё ничего я не желала более.
⁃ И что теперь? - спросила я у Рейны, когда мы уже подплывали к порту Баретты.
Рейна с недовольством оглядела меня и сощурилась:
⁃ Ты здорова?
⁃ Разумеется. - хотя зелёный цвет моего лица говорил об обратном, - Освещение тут так себе.
Она исказилась в недоверчивой гримасе. Не поверила. Однозначно.
⁃ Постоялый дом у Франчески, - она достала из кармана ключ и потянула его мне, - Комната 12. Зайди так, чтобы тебя никто не увидел.
⁃ Ты шутишь? - уже подходил новый приступ блевоты, - Как зайти в постоялый двор незамеченной?
⁃ Это уже твои проблемы. Сиди там, пока я тебя не найду.
К счастью, она сразу же ушла, и я испустила из себя в последний раз все, что было. Нет, в таком состоянии плыть в Столицу совершенно не вариант. До Фарезьи день, а туда минимум три. Если я не сдохну, едва отплыв от Баретты — это будет настоящее чудо.
Ссутулившись, я пробиралась по родным улицам. Рейна оставила мне тёплые вещи в каюте и, укутавшись с головы до ног, я пыталась свыкнуться с морозным ветром. В Баретте уже были сугробы по колено. Наверное, это даже сыграло мне на руку. Тёплый шарф обмотанный, почти что по всему лицу, прекрасно скрывал мою личность. В сердце тоскливо екало. Пускай, все покрыто плотным слоем снега, но проходя мимо того самого места, где раньше стоял мой Бастион, или мимо рынка, где мы с Троем часто гуляли, все воспоминания заиграли ярким вихрем. В Фарезье эти картинки стали тусклыми, будто я сама нарисовала в воображении жизнь Баретской преступницы. А сейчас я четко видела, что все это было. Даже больше. Вспоминались новые и новые детали. Но мне более не хотелось сесть и расплакаться. Я лишь мечтала вернуть каждому его долг сполна.
Постоялый дом Франчески был мне знаком. Тут всегда ночевало разное отребье. Ещё в далёком прошлом, когда мы с Ретом были бездомными детьми, мы тоже тут ночевали. Не удивительно, что он выбрал именно его. Возможно, у него тут остались даже знакомые.
Я скользнула вместе с заходящими пьяницами, и поднялась выше, в поисках комнаты номер 12. Но не успела провернуть ключ, как дверь распахнулась.
⁃ Ты куда ломишься?! - вопила вылетевшая блондинка. - Я тебе сейчас этот ключ в одно место вставлю.
Узнав в ней взбалмошную Катарину, я чуть не расплакалась. Знала, что обрадуюсь, когда встречу ее, но не представляла, что настолько.