Северяне — те самые профессиональные музыканты — еще в самом начале похода сказали, что все ори, включая и Тсимаратау, за годы, проведенные в Тау-Рэе, начали говорить с аринорским произношением. А это значит, что в Тизэ их могли заподозрить и арестовать. Благодаря им, за полгода странствий бывшие эмигранты Кула-Ори отвыкли от своего акцента так же, как за десять лет правления Тсимаратау отделались от своей чопорности тепманорийские эмигранты, с каждым годом становясь похожими на тех ребят из Ариноры, о которых рассказывали Помнящие.
Однажды, уже в начале весны, Учителю вдруг захотелось побывать на материках за океаном, и он вызвал из Тау-Рэи орэмашину.
— Может, выясним, что нашел там Ал, — объяснил он. — Да и мне давно хотелось посмотреть Олумэару…
Казалось, за месяцы путешествия в виде оборванцев Учитель отряхнулся от своей обычной угрюмости. Фирэ видел перед собой прежнего Тессетена, того, каким знал его еще до смерти Ормоны — деятельного, живого, ироничного и по-мальчишески любознательного. Как будто он напрочь забыл, с чем они идут на встречу с сородичами…
Оставив помощников дожидаться их с Фирэ возвращения, Сетен, прихрамывая, почти взбежал по трапу и в салоне с наслаждением скинул с себя заскорузлые от пота и пыли тряпки.
— О, Природа! Как же я мечтал об этом! — рассмеялся он, забираясь под струи воды в небольшой кабинке.
Орэмашина тем временем разбежалась и взлетела.
Когда отполоскался и Фирэ, Учитель уже сидел у иллюминатора, завернувшийся во все чистое и новое, и слушал рассказ северянина-гвардейца о том, как дела в Тепманоре. Судя по выражению их лиц, беспокоиться было не о чем, и Тиамарто с управлением в самом деле справлялся как нельзя лучше.
За несколько часов перелета порядком ошалевшие от бродяжничания Учитель и ученик пришли в себя. Орэмашина и прилетевшие в ней тепманорийцы напомнили им, что цивилизация — это не миф, о котором они грезили вот уже десять циклов Селенио, цивилизация существовала в самом деле.
Покружив над двумя материками Олумэару — сначала над Северным, потом над Южным, — путешественники решили добраться до побережья Великого океана и полетать там.
— Меня заинтересовала одна местность… — сказал Сетен. — Еще когда приходили снимки воздушной разведки. Хочу посмотреть, что там такое.
— Вы думаете о «куламоэно»? — уточнил Фирэ.
— Не знаю. Может быть. Но там есть люди, и у этих людей есть маленький, но вполне развитый городок. Скорее всего, это эмигранты-южане, на картах прослеживается путь переселенцев, как они двигались с Оритана, с Полуострова Крушения. Там есть и остатки военных баз аринорцев, — Учитель красноречиво посмотрел на гвардейца-северянина, и тот со вздохом отвел взгляд. — Я имею в виду самый южный пик Олумэару.
— Я знаю, — тихо сказал Фирэ, подавляя в себе на мгновение вспыхнувшую ненависть к этим «беловолосым выродкам», однако от той вспышки остался в душе препротивный осадок, будто сделал ты какую-то невероятную гадость и не можешь сам себя за то простить, отмыться.
— Вон тот мыс, — сказал Сетен пилоту в переговорник. — Как бы нам там присесть?
— Отличная местность! Это плато! — откликнулся орэ-мастер. — Ровное, как полотно! Сейчас сядем, атме!
— Держись ближе к океану.
— Хорошо.
Вскоре орэмашина побежала по совершенно гладкой поверхности, будто созданной для того, чтобы здесь был воздухопорт. Однако солнце уже садилось, и путешественники переночевали прямо под крылом стремительной синей красавицы. Воздух тут был совсем другой, чем на Рэйсатру, и ветер дул все время, а звезды стремились перевернуться и выглядеть так, как смотрелись они на небе Оритана. До того, как Оритан стал полюсом…
Сердце защемило, и Фирэ, повернувшись набок на своем покрывале, заставил себя спать.
А с утра выгнали из грузового отсека легкую машинку, приспособленную для езды по бездорожью, и, оставив пилота, втроем покатили к побережью. Там, судя по картам, находился тот самый городок эмигрантов.
Не показываясь на глаза здешним жителям, тепманорийцы принялись наблюдать за их жизнью с пригорка, откуда расстилался великолепный вид на океан.
Темноволосые, но белокожие, высокие и очень стройные поселенцы — типичные ори — сновали между городом и побережьем, круто обрывавшимся в воду. При этом они что-то перевозили на невысоких странных животных с длинной шеей и надменной ушастой мордой, очень маленькой по сравнению с телом. Похожих тварей Фирэ видел у жителей на Полуострове Жажды, но там они были гораздо крупнее, неказистее, а на спине их росло по одному, а то и по два горба.