Потирая иззябшие руки над пламенем и слегка морща обветренное, но нисколько не подурневшее лицо, Ормона взглянула на мужа. Сетен молчал, крепко сжав губы и размыкая их лишь для того, чтобы забросить в рот наскоро разогретую пищу.
— Космический корабль пришельцев, — не дрогнув и тенью улыбки, ответила она спросившему.
Тессетен наклонил голову, пряча подбородок в шарф, и тихо затрясся от смеха. Глаза спутников округлились, а Ишвар радостно заулыбался, хотя слово «космический» так и осталось за пределами его понимания.
— Ч-чего? Атме, вы, может быть, шутите? — подавившись и откашлявшись, взмолился гвардеец.
Она выдержала длинную паузу и только потом громко фыркнула и расхохоталась. Когда приступ веселья покинул ее, Ормона признала, что никто, даже советник Объединенного Ведомства Паском, не знает, как выглядит то, что они ищут.
— Он сказал: «Вы сами почувствуете это, если окажетесь вблизи»…
Гвардейцы были разочарованы, но не конструктор Зейтори, который уже немало слышал о «куламоэно» — то, что исцеляет саму смерть.
— Забудьте вы об этой штуке, — поморщился Тессетен, поглубже нахлобучивая капюшон на лоб и своим словом прерывая скептическое брюзжание соотечественников. — Считайте, что мы с вами просто ищем подходящие места укрытия на случай широкомасштабной войны с Аринорой. Она ведь все равно будет, дело времени. Здесь тысячи пещер, как эта и гораздо больше. Из них получатся отличные ангары для техники и бункеры для людей. Те, что встретятся нам по пути, мы будем отмечать на карте, а по возможности даже исследуем.
Парни сочли этот довод вполне убедительным, сменили тему беседы, а потом и вовсе разбрелись по своим походным шатрам. Полусферические палатки внутри пещеры могли бы показаться странной прихотью отряда, но лишь человеку, никогда не пробовавшему ледяного ветра гор Виэлоро.
Сетен и Ормона остались у костра вдвоем. Огонь слабел, и супруги сидели, накрывшись просторной мохнатой шубой из горного козла или барана — Тессетен плохо разбирался в здешней фауне, чтобы знать вернее.
— Что с тобой происходит, родная? — мягко спросил он сонно мигающую в отсветах огня жену.
— Со мной? То же, что с любым, кто водит диппендеоре, — несколько устала…
— Я не о том. Меня радует, что ты привыкла к Рэйсатру и нашла себе развлечение по душе — верховую езду и охоту. Но зачем так часто?
— Так часто — что? — она чуть надменно взглянула на него, а в тоне промелькнуло раздражение.
— Так часто убивать диких тварей? Они уже признали твое превосходство. Гвардейцы говорят, что теперь приходится уходить далеко от поселения, чтобы найти хоть одну… Зачем тебе это нужно каждую ночь?
В отличие от него Ормона открываться не собиралась.
— Наверное, чего-то не хватает в организме, — жена хмыкнула и беспечно взмахнула рукой. — Может быть, совести?
Сетен тяжко вздохнул. Ему невыносимо было осознавать, что они так стремительно отдаляются друг от друга. В вопросах взаимоотношений между истинными попутчиками, частичками двуполярного «куарт», он был слишком консервативен.
Но они же с Ормоной умели узнавать желания друг друга без слов и общаться на расстоянии! Разве это не показатель той самой близости? Однако теперь в сердце Сетена закралось сомнение. Он был наблюдателен, и мимо него не прошло ее неравнодушие к Алу. Много лет назад это открытие больно резануло его чувства, но Тессетен сумел скрыть горечь под обычной маской самоиронии — кажется, обманув не только людей, но и проницательного Ната.
Может ли настоящий попутчик испытывать тягу еще к кому-либо, кроме полярного «куарт»? Это ведь неестественно! Не «дурно» или «хорошо», а неестественно и неправдоподобно.
— Я страшно скучаю по Оритану, — признался он. — Наверное, в это Теснауто мы с тобой съездим туда, чтобы побывать на празднике…
— Видимо, ты поедешь один, — отозвалась Ормона, зевнув и подвинув поближе к ним его наследный меч.
Вот как, значит… Но она не слишком удивила его своей отстраненностью.
* * *Когда Сетен заснул в своем меховом мешке, Ормона, прислушавшись к его дыханию, осторожно приподнялась, а потом выскользнула из палатки.
Горы встретили ее протяжным воем ветра, но женщина, легко перепрыгивая с камня на камень, забралась на высокую каменную площадку над их лагерем. Поземка осталась там, внизу, а здесь было удивительно тихо и звездно.
— Покажи! — прошептала она и прогнулась навстречу вселенной, распахивая руки.