Оррис громко рассмеялся.
— Завоеватель? — не веря своим ушам, повторил он. — Я один против громадной страны, размеры населения которой мне даже трудно представить, оснащенной таким вооружением и орудиями, о назначении которых я и не догадываюсь. И вы можете думать, что я пришел как завоеватель?
— Пусть вы один, чародей, но я сам видел, на что способны вы и ваша птица.
— Видели? — спросил Оррис, подозрительно сузив глаза. — Что вы видели?
Седрик вытащил из кармана две бумажки и протянул магу. Они были похожи на маленькие портреты, но ни одно из произведений искусства, виденных доселе магом, не могло бы сравниться с ними в ясности и точной передаче деталей. Тела были изображены так достоверно, что Оррис только мельком глянул на них и вернул Седрику.
— На этих снимках останки тех двоих, что вы убили в Двадцать первом квартале, — с угрозой произнес оверлорд. — Вряд ли это можно назвать жестом доброй воли.
— Они на меня напали! — огрызнулся Оррис.
— Я вам верю, но дело не в этом. Вы сказали, что наши достижения вам непонятны. Но мы знаем о ваших силах еще меньше.
Оррису показалось, что это не так, но виду он пока не подал.
— Отвечая на ваш вопрос, — продолжал Седрик, — могу сказать, что показываю вам Ферму затем, чтобы вы восприняли это как знак доверия и в свою очередь больше рассказали мне о вашей магии и Сынах Амарида
Оррис бросил пронзительный взгляд на Мелиор. Чуть раньше она вела себя так, будто никогда не слышала об Амариде. Но раз о Первом Маге знает Седрик, значит, известно и ей? Когда Мелиор отвела глаза и ее красивое лицо побледнело, Оррис понял, что это правда. Седрику ли говорить о доверии?
— Возможно, — холодно ответил Оррис. — Но какова бы ни была ваша цель, я уже достаточно видел. Полагаю, мы можем поговорить где-нибудь в другом месте.
Кода они вернулись к дому Седрика, было уже темно. Не останавливаясь перед мраморным фасадом, они проехали в большое подземное помещение, где находились десятки таких же повозок, как та, в которой приехали они. Мобиль остановился, и сразу же несколько охранников подскочили, чтобы открыть дверцы. Когда из мобиля вылез Оррис с сиявшим на конце посоха цериллом и птицей на плече, ближайший к нему детина отшатнулся, изумленно уставившись на него.
Седрик что-то отрывисто приказал на языке Лон-Сера, охранник вздрогнул и стал пунцовым.
— Сюда, — позвал их Седрик к дверям небольшой комнатки неподалеку и жестом пригласил всех войти. Вместе с двумя охранниками все четверо втиснулись в маленькое помещение, которое казалось больше, чем на самом деле, из-за зеркальной задней стены. Боковые стенки были из темного полированного дерева, а все помещение элегантно отделано полированной латунью. Когда все вошли, один из охранников нажал красную кнопку на желтой металлической пластинке на стене. Словно по мановению невидимой руки, откуда-то из боковой стены появилась дверь и плавно закрылась. В следующее мгновение у Орриса противно засосало под ложечкой, и комната поехала вверх. Они с Гвилимом беспокойно переглянулись.
— Это называется лифт, — по ходу дела объяснил Седрик. — С его помощью можно быстро попасть на верхние этажи, не поднимаясь по лестнице.
Спустя несколько секунд лифт остановился, и маг почувствовал, как внутри него что-то нехорошо подскочило.
— Не самое приятное изобретение, — сказал он, выходя в открывшуюся дверь.
Седрик привел их по длинному коридору к какому-то приспособлению, похожему на еще один лифт, но Оррис понял, что у него другое назначение. Седрик быстро переговорил со стоявшей рядом охраной и сделал знак Мелиор.
— Хранитель останется здесь, — сказал оверлорд, когда Оррис тоже ступил внутрь темной комнатки.
— Почему?
Седрик замялся:
— Ну… нам, возможно, придется обсуждать деликатные темы. Лучше, если посторонних при этом не будет.
— А Мелиор?
— Мелиор, вероятно, сможет дополнить нашу компанию.
Оррис мотнул головой:
— Но это нелепо. Он ведь даже не понимает моего языка.
Седрик поджал губы:
— Тем не менее я вынужден настаивать.
Маг тяжело вздохнул.
— Ладно, — раздраженно бросил он. — Скажите это ему.
Оверлорд повернулся к Хранителю и что-то ему сказал. Гвилим разволновался и, когда Седрик закончил, стал что-то быстро-быстро говорить, обращаясь к Оррису.
Оррис обернулся к Мелиор, уже стоявшей по ту сторону темной кабинки:
— Что он говорит?
Она кашлянула, вернулась к ним и вопросительно посмотрела на Седрика. Тот легонько кивнул.