— Нет,— решил он.— Прибавим еще и третьего. Женщину.
Лезвие кивнул:
— Нет вопросов. Одним больше, одним меньше.
— Точно.
— А как зовут женщину?
Седрик вздохнул. Конечно, с его стороны это опрометчиво и Операцию придется отложить на месяцы. Но после того, что он видел сегодня, выбирать не приходится. — Мелиор И Лакин.
Человек на экране изумленно вытаращился:
— Такой третий дорого станет!
— Вот это меня не волнует, — усмехнулся Седрик. — Я хочу знать, что все трое мертвы.
Убийца цинично усмехнулся:
— Да, оверлорд.
— Не забудь, — добавил Седрик. — Возьми вдвое больше людей, чем обычно. Колдун опасен.
— Известное дело, — отмахнулся Лезвие. — Откровенно говоря, не понимаю, зачем мне восемь молодцов на одного колдуна, но раз там будет Мелиор, так и быть, возьму.
— Хорошо. Сообщишь, когда все исполнишь. — Седрик нажал красную кнопку, и худощавое лицо исчезло. Надо сделать еще один звонок. Щелкнув по клавише, Седрик пробежался по списку кодов всех изгоев своего доминиона. Вскоре он нашел и набрал нужный.
Экран долго безответно пищал. Седрик тихо выругался и собрался выключить прибор, но тут на экране появилось грубоватая физиономия. Тяжелый квадратный подбородок покрыт щетиной, и странно смотрится на этом лице прямой, аристократический нос. Темные, встрепанные волосы падают на глаза и плечи. Изгой был гол по пояс, и Седрик сообразил, что он, должно быть, беззаботно развлекался с вестрой.
— Оверлорд! — растерянно вскрикнул изгой, увидев лицо Седрика. — Простите! Я… Чем могу служить?
Несмотря на мрачные размышления по поводу задуманного, Седрик ухмыльнулся:
— Добрый вечер, Доб. Кажется, я не вовремя?
Парень беспокойно глянул через плечо.
— Нет, оверлорд, — повернувшись к экрану и выму-ченно улыбнувшись, ответил он. — Конечно нет.
— Ну и прекрасно. Мне надо с тобой кое-что обсудить.
Она тщетно пыталась унять дрожь, покинув комнаты Седрика. Даже идти ей было трудно. Миновав контрольную кабину, она увидела встревоженного Хранителя, сразу же поспешившего ей навстречу. Мелиор махнула трясущейся рукой, чтобы показать, что все в порядке.
— Ну, как там? — с какой-то безнадежностью спросил он.
— Хорошо,— выдавила она из себя. — Все хорошо. — И отвернулась. Затягивать разговор не хотелось.
— Но чародей! — волновался Гвилим. — Он же остался там! Совсем один!
— С ним ничего не случится! — отрезала она.
Гвилим растерянно поглядел на нее и, покраснев, пошел прочь.
Мелиор вздохнула. Зря она так. Надо бы догнать и извиниться, но она не сдвинулась с места Да и что она ему скажет? Имела ли она право обнадеживать его? Она сама вовсе не была уверена, что с чародеем ничего не случится. Даже наоборот, считала, что Седрик выпроводил ее, чтобы самому убить мага.
Но потом, тряхнув головой, она отбросила эту мысль. За прошедший день Мелиор успела убедиться, что Орриса голыми руками не возьмешь. Кроме того, подобный поступок был не в характере Седрика. Она прикрыла глаза, пытаясь успокоить себя, но ничего не достигла. От страха за жизнь Орриса все ее тело била крупная дрожь.
Почему-то угроза, которую она прочитала в глазах оверлорда, когда тот ее отослал, не пугала ее, хотя бояться было чего. Он был взбешен настолько, что с легкостью убил бы ее. И все же не по этой причине у девушки холодели руки и колотилось сердце.
Пока Седрик и Оррис вели в покоях оверлорда словесные баталии, она вдруг поняла, что с ней случилось нечто столь странное и пугающее, что самой верилось с трудом. И все же это было так же верно, как то, что ее звали Мелиор И Лакин.
Она начала страстно желать, чтобы все, что задумал маг, у него получилось. Если он хотел мира, пусть будет мир. Если он пришел сровнять с землей весь Брагор-Наль, она поможет ему.
Бессмыслица какая-то. Столько лет, бессчетно рискуя собственной жизнью и без всяких сомнений лишая жизни других, она неуклонно приближалась к цели, мечтая о радужных перспективах, которые откроет перед ней операция «Тобин-Сер». Мелиор собиралась стать овер-лордом, а может быть, даже Правителем. Это стремление было ее единственной путеводной звездой.
Но, сидя за столом с Седриком и Оррисом, она почувствовала, что воспоминание о видении неотступно преследует ее. Прозрение ясно говорило, что чародею и ей суждено стать союзниками. С той ночи она уже успела смириться с тем, что какие-то неизвестные обстоятельства вынудят их быть заодно. Но никогда не предполагала, что сознательно решит связать свою судьбу с судьбой мага.