Ее отец, даже убедившись, что Орден предал Тобин-Сер, продолжал почитать Амарида и все свершения Первого Мага. «Несмотря ни на что, Амарид был величайшим из уроженцев Тобин-Сера», — сказал он ей в ту самую гибельную ночь, пытаясь объяснить, что Дар Амарида — это благословение, пусть даже Сыны Амарида и нарушили свою клятву служения земле. Тогда она не поняла его слов, а спросить уже так никогда и не смогла Только связав свой разум с ястребом, Кайлин постепенно стала понимать, что имел в виду отец. Несмотря на все деяния Ордена, отношение Первого Мага к Волшебной Силе оставалось незапятнанным. Священный Дар Леоры не был собственностью Ордена, и маги не могли изменить его сущности, как бы ни коверкали его. Он принадлежал земле. Сейчас, самостоятельно обнаружив его и чувствуя, как Волшебная Сила пульсирует в ее жилах, Кайлин была уверена, что природа ее добра. Если только владеющий ею человек имеет благие намерения.
Девочка захлопнула сборник пьес, забытый на коленях, и отложила его в сторону. Потом встала, потянулась и вздохнула, натягивая одеяло на плечи. Она никак не могла избавиться от беспокойства. Кайлин с завистью посмотрела на Маркрана, спокойно спавшего в изголовье ее кровати. Вот бы ей научиться так легко впадать в дрему, тогда эти нудные зимние вечера проходили бы быстрее. Но спать не хотелось. Чего ей хотелось, так это попасть на заветную поляну. Однако снаружи, не утихая, завывал ветер, и сухой снег сыпал в оконное стекло. Девочка покачала головой и, смирившись, снова села у камина и взяла книжку. Но, еще не успев ее открыть, услышала легкий стук в дверь.
— Войдите, — откликнулась она, в который раз откладывая книгу.
Дверь распахнулась, и в комнату заглянула Линни.
— Не помешаю, Кайлин?
— Старейшая! — воскликнула Кайлин, вскакивая и уронив одеяло. — Нет-нет, что вы! Я просто читала. Входите, пожалуйста.
Лицо Линни казалось озабоченным, но она улыбнулась и осталась в дверях.
— Садись, дитя, — как-то рассеянно произнесла она. Старейшая оглянулась через плечо. Потом женщина снова взглянула на девочку: — Я привела кое-кого к тебе в гости, Кайлин. Она проделала долгий путь ради тебя, и мне хотелось бы, чтобы ты поговорила со своей гостьей.
— Конечно, Старейшая, — улыбнулась Кайлин. — А кто это?
Вместо ответа Линни шагнула в комнату, жестом приглашая войти посетительницу. В следующее мгновение в дверях появилась женщина. Она была высока ростом и стройна и держалась с необыкновенным достоинством. Но внимание Кайлин больше привлекли ее одежда и то, что было в руках у женщины: зеленая мантия, длинный деревянный посох, увенчанный сияющим зеленым кристаллом, и в довершение на ее плече сидела большая сова с круглой головой. Кайлин с трудом отвела глаза от великолепной птицы и посмотрела в лицо вошедшей. Она была примерно того же возраста, что и Линни, но с более резкими чертами лица, хотя взгляд ее был добрым. Глаза у женщины были ярко-зелеными, волосы цвета пшеницы собраны в пучок. Стоя рядом с Линни, она открыто улыбалась Кайлин.
— Это Премудрая Сонель,— представила Старейшая, ее блеклые голубые глаза с беспокойством обратились к девочке. — Премудрая, это Кайлин.
Премудрая, улыбаясь, шагнула вперед.
— Здравствуй, Кайлин.
Кайлин промолчала Премудрая Сонель. Конечно, она не сомневалась, что ее отказ вступить в Орден и принести клятву верности Законам Амарида обеспокоит магов. Она уже давно ждала посетителей из Великого Зала, но никак не думала, что это будет сама Премудрая.
Сонель оглянулась на Старейшую.
— Что ж, — вдруг сказала Линни, чувствуя себя несколько неловко, — пожалуй, я вас оставлю.
— Как вам угодно, Старейшая, — вежливо ответила Сонель.
Кайлин хотелось бы, чтобы Линни осталась, но она не осмелилась попросить.
Зашуршав серебристыми одеждами и бросив на Кайлин и Сонель последний озабоченный взгляд, Линни вышла, закрыв за собой дверь.
Сонель обвела глазами маленькую комнатку.
— Ты позволишь мне сесть? — спросила она, указывая на постель Кайлин.
Девочка пожала плечами, снова усаживаясь поближе к огню.
Премудрая села, еще раз сдержанно улыбнувшись, и положила посох на кровать, устроив камень на подушке. Заметив Маркрана, она почесала его под клювиком. Ястреб проснулся от испуга и, увидев сову Сонель, жалобно крикнул.
— Красивый ястреб, — спокойно сказала Сонель. — Как его зовут?
Кайлин растерялась. Она ожидала, что Премудрая начнет убеждать ее, как важно вступить в Орден и следовать его законам. Ведь за этим она и пришла. И девочка заранее решила, что будет молчать. Но к такому простому и безобидному вопросу она не была готова.