– Нет, спасибо. Ничего не нужно. – Джиллиан не была уверена, чего ожидала, но точно не относительно нормальную, любящую семейную жизнь.
Танатос сделал ей знак.
– Пошли. Ресеф там.
Джиллиан мельком взглянула на Лимос, которая обнадёживающе кивнула.
– Танатос не кусается. – Она пристально посмотрела на Танатоса. – Не кусайся.
– Ха-ха. – Он начал идти по коридору, и Джиллиан пришлось последовать за ним. Достигнув двери, Танатос остановился. – Лимос объяснила тебе ситуацию?
– Ты про то, что его печать сломалась, он стал злым и почти вызвал конец света? Ага, ключевые моменты мне известны.
Танатос изогнул рыжевато-коричневую бровь.
– В таком случае, спасибо за то, что делаешь это, человек. Сомневаюсь, что многие бы так поступили. Но я говорил о его состоянии.
– Она сказала, что он причиняет себе боль.
– Что-то типа того. – Его губы сжались в мрачную линию. – Не знаю, как он на тебя отреагирует, но не ожидай увидеть там мужчину, которого знала. – Он открыл дверь. – Кричи, если что-то понадобится.
"Кричи". Зашибись. Очень обнадеживающе. Однако она знала Ресефа и не позволит этим людям её запугать. Она была сильной. Она не утратит самообладание.
Джиллиан шагнула в спальню.
От самообладания не осталось и следа.
Глава 23
– О, Ресеф, – прошептала Джиллиан. – Что они с тобой сделали? – Танатос с Лимос предупреждали её, но подобного просто невозможно было представить.
Ресеф сидел, прижавшись спиной к стене, его тело было покрыто множеством ран, которые находились на разных стадиях заживления.
Руки его обхватывали колени, голова свободно весела на плечах, и волосы затемняли лицо. Одетый только в шорты, Ресеф покачивался взад и вперёд, из его груди вырывались тихие стоны.
От лодыжек, казалось, прямо из-под кожи тянулись цепи цвета слоновой кости, прикреплённые к стене. Они были длинными и позволяли ему передвигаться по комнате и в ванной, но недостаточно, чтобы пройти через дверь в спальню.
– Ресеф? – опасение Джиллиан испарилось, и она подбежала к нему, падая рядом на колени. – Эй, это я. Джиллиан.
Когда он не ответил, просто продолжая покачиваться, Джиллиан медленно протянула руку и отодвинула волосы с его лица. Увидев синяки вокруг глаз и глубокие царапины на щеках, она ахнула. Боже правый! Казалось, он пытался выцарапать себе глаза.
– Ресеф, – в этот раз она позвала громче, с большей силой, и он дёрнулся.
Ресеф порывистыми движениями поднял голову и сосредоточил на ней свой остекленевший взгляд. Несколько мучительных мгновений Джиллиан казалось, что он не узнал её.
– Джиллиан? – Голос его был грубым и хриплым. – Ты похожа на мою Джиллиан.
"Мою Джиллиан". Эти слова вывели на поверхность новые эмоции, и ей пришлось сглотнуть, прежде чем ответить.
– Это я. Я здесь.
Ресеф потянулся к ней дрожащей рукой, но замер в паре сантиметров от лица.
– Давай же, – шепнула она. – Я настоящая.
Сначала к её щеке прикоснулся кончик его пальца, потом ладонь, а затем, так внезапно, что она ахнула, Ресеф обернул руки вокруг неё и притянул к себе.
– Не могу поверить, – прохрипел он ей в ухо. – Не могу. Ох, блядь. Сколько? Сколько прошло времени?
– Несколько дней.
– Не может быть. Месяцы, прошли месяцы.
Насколько ужасными были его мучения, если он считает, что уже несколько месяцев здесь сидит?
– Это не имеет значения. Теперь я здесь.
Ресеф отстранился, чтобы поцеловать её и да, действительно, казалось, что прошли месяцы.
– Я скучал по тебе. Я был… я был…
– Знаю, – Джиллиан осторожно провела подушечкой пальца по его нижней губе, едва касаясь недавно зажившего пореза. – Когда ты ел в последний раз?
Он нахмурился.
– Ужин с тобой.
– Ты не ел больше недели? Дерьмо. Ладно, подожди. – Она попыталась встать, но он схватил её за запястье.
– Не… не бросай меня. – Его мольба сдирала с неё кожу заживо.
– Я не выйду из твоего поля зрения.
Ресеф не выглядел убеждённым, но кивнул. Джиллиан понеслась к двери и позвала Лимос, которая тут же прибежала.
– Всё нормально?
– Мне нужна еда и что-нибудь выпить. Думаю, мне удастся заставить его поесть.
Брови Лимос взметнулись вверх.
– Правда? Будет сделано. Секундочку.
Джиллиан вернулась к Ресефу, который тут же взял её за руку.
– Прости, что тебе приходится видеть меня таким. – Он осмотрел себя. – Мне нужно принять душ.
– Позволь тебе помочь.
Ресеф впервые не ответил ей на это какой-нибудь непристойной шуткой, что только подчёркивало серьёзность ситуации.