Картинка врезалась в память, будто голова была вместо фотоаппарата, которые им запрещали носить.
– В походную колонну! – скомандовал Тихий.
Три перевала, и они будут в расположении батальона. Головняк уже забрался по склону далеко вперёд. Саша и ещё два бойца. Карабкаются по камням, периодически помогая друг другу. Подсадили Шмеля на особенно высокий уступ. Тот протянул сверху автомат одному из бойцов, чтобы помочь забраться. Боец полез вверх, и тут его нога соскочила… Шмель попытался удержать автомат и бойца, висящего на нём, но уступ был неровный, а рывок – слишком резкий. Шмеля стянуло сверху вниз. Он приземлился на ноги, но склон был крутой, и Саша кубарем покатился дальше, увлекая за собой мелкие камни и разбивая снаряжение о крупные. Из РД-шки что – то вывалилось. Шмель прижал к себе автомат, группируясь в полёте. Потом всё заволокло пылью.
Подошёл Тихий:
– Молчун, бери аптечку. Оставь автомат и РД, и беги к нему.
Саня уже сидел, аккуратно ощупывая каждый дюйм тела. Китель на спине весь ободрался, сквозь него проглядывала кожа, как и сквозь правую штанину. На голове – пара царапин. Подошли ребята из головного дозора, собравшие разбросанные вещи.
– Как ты?
– Всё целое, нога вроде двигается. Сейчас соберём всё и двинем дальше.
– Сними китель. Обольём тебя сначала перекисью. Ты– Молчун указал на бойца, у которого сорвалась нога – должен был отпустить автомат, долбоклюй!
Кое – как укомплектовали разорванный ранец, перевязав его верёвками. Доковыляли до лагеря как раз к ужину.
Согнувшись от усталости и ушибов, Шмель сидел напротив и хлебал армейскую баланду.
За соседним столом началась какая-то странная возня. Они оба повернулись туда и обнаружили, что какой-то парень хочет заставить их бойца убрать за собой посуду.
Шмель уставился на него, не моргая.
– Своих гоняй!
– Молодой, ты чё, в рыло захотел? – с этими словами парень подошёл и толкнул Шмеля. Шмель начал падать с лавки, но смог удержать равновесие и вскочил. Друг чувствовал себя явно неуверенно.
Кажется, парень был из Уссурийска. Молчун вспомнил, что частенько видел его бегающим, или отжимающимся в свободное время.
«А ведь крупнее Шмеля. Гораздо крупнее. Да, хуже момента для драки и не придумаешь…»
Парень схватил его друга за рукава. Шмель начал срывать захват, но неожиданно получил сильный удар головой в нос. Брызнула кровь. Шмель сорвал одну руку, но противник схватил снова и опять ударил головой. Но на этот раз Саша среагировал. Ему удалось сорвать захват, и они начали кружить по свободному пространству перед входом. Здоровяк бил, но не попадал. Шмель пару раз заехал ему по лицу, но тот был явно подготовленным – опасных ударов не пропускал. Шмелю удалась одна атака – он попал вразрез рук, но парень не поплыл, а, наоборот, успел схватить его за китель. Они опять сцепились. Неожиданно, Шмель провёл хорошую переднюю подножку, повалив соперника и рухнув на него. Тот перевернул его почти сразу и навалился сверху.
«Вмешиваться уже поздно. Теперь репутация на кону. Вот же говно-то, а!»
Шмель защищался, по – самбистски обхватив бугая ногами и пытаясь сделать болевой. Тот просто поднял его и впечатал спиной в землю. Потом-ещё раз. Послышалось бульканье – это Шмель начал захлёбываться собственной кровью. Но, каким-то чудом, он вывернулся и встал. Они начали кружить и обмениваться ударами. На лице здоровяка появилось лёгкое недоумение помимо злобы. Он начал уставать. Несмотря на это, через некоторое время всё повторилось снова. Только теперь уже уссурийский парень швырнул Сашу на пол. Как и в прошлый раз, Саша пытался защищаться. После пятого удара спиной и затылком об пол, он разжал захват и откинулся назад, пуская кровавые пузыри из носа и рта. Бугай замахнулся кулаком.
– Хватит – сквозь кровавую пену произнёс Шмель.
– Что? – тот прислушался к нему, занеся кулак.
– Хватит. Ты победил. Всё. – полуслова – полубульканье.
– Всё! – уссуриец встал и молча вышел на улицу.
Молчун потащил друга к умывальникам.
– Как же так, брат? Он уже хрипел сам! Тебе оставалось ещё немного, и ты бы его сделал…
Раздевшись по пояс, Шмель молча умывался. Короста на спине, едва затвердевшая, опять растрескалась и вовсю кровоточила.
«Поход, драка… Он не заслужил и половины этого. Я не должен был молчать в этот раз. Я допустил это.»