Тихий сел за стол и кивнул Молчуну. Тот разлил пиво по стаканам. Все знали, что у офицеров не принято пить с младшим личным составом.
«Против своих пошёл…»
Но вслух Шмель ничего не сказал.
– Только не наливайте мне слишком много… – предупредил Тихий.
– А то что? Как настоящий русский офицер, заставишь нас играть в русскую рулетку?
– Хуже. Начну читать стихи!
Бык
Николай поднял игрушечного медведя, отряхнул и подал девочке, сидящей рядом.
– Дядя, вы на рыбалку собрались?
– Да. А как ты догадалась?
– У вас ботинки такие… для рыбалки. И одежда. И большие рюкзаки! И Палатки!
– Ты наблюдательная.
– Дядя, вы кем работаете?
– Водителем.
– А где?
– В Москве.
– В Москве… моей маме нужен новый муж. Я думаю, водитель из Москвы как раз подойдёт… – она показала на сидящую рядом женщину.
Бык встретился с ней взглядом, и оба рассмеялись.
– Девочка, ты не слишком торопишься?
– Ну я же не прямо сейчас говорю. Вот вернётесь со своей рыбалки – тогда и свадьба!
– Простите её. Она ещё маленькая.
– Ничего. Кто знает, что будет, когда я вернусь с рыбалки?
Они опять рассмеялись. Бык давно не разговаривал так с людьми.
«Вряд ли мы бы также общались, узнай она, кто я».
Ему почти не удавалось поучаствовать в обычных разговорах ни о чём, как сейчас. Всё деловые встречи, беседы, презентации. Да люди и сами не горели желанием обсуждать что – то с ним, замолкая при его появлении. Но тем ценнее становились те, кто не замолкал.
2008 год
Коридор офиса сворачивал направо. За углом стояли двое охранников. Увидев его, они резко прервали разговор. Стеклянные створки. Он открыл одну из них, и прервал ещё один разговор. Бухгалтера с администратором. В приёмной своего кабинета он обнаружил Лену и какую – то девушку, тоже ведущими разговор. Но, увидев его, они не стушевались, как все остальные – наоборот, повернулись к нему, будто ждали всё это время.
«Значит ли это, что все остальные перемывают мои кости у меня за спиной? Возможно. Особенно, после скандального увольнения главного бухгалтера… Боятся, наверное. Плохо, что пришлось её так кошмарить, но она не оставила выбора».
– Привет. Представь гостью.
– Привет. Это Екатерина Утёсова. На самом деле, ты должен её помнить.
– Здравствуйте, Николай. Мы с вами пару раз виделись на дне рождения моего папы и в санатории, помните?
Он присмотрелся, но память молчала.
– В санатории? Что за санаторий? Я не отдыхаю в санаториях…
Его голос звучал чересчур озадаченно, и Екатерина рассмеялась.
– Я тоже вспомнила только благодаря отцу. Девяносто первый год. У вас был игрушечный автомат, и вы всё время прятались по кустам.
Он действительно был в санатории в детстве. Ещё там были друзья отца с дочкой.
– Это вы ходили с синим бантом? Вспомнил!
– Да!
Манерой держаться она походила на Лену. Стройная брюнетка. Одежда подчёркивала фигуру и, одновременно, была скромной, не вульгарной. Явно дорогие вещи. У неё, как и у Лены, получалось при общении подчеркнуть значимость собеседника, не принизив при этом свою.
– Раз мы так давно знакомы, можно на «ты»?
– Хорошо. Меня прислал к тебе твой отец. Я обратилась к нему с просьбой поучаствовать в финансировании нашего благотворительного фонда. Он сказал, что улетает в Польшу, и попросил обратиться к тебе.
– Что за фонд?
– Мы помогаем детям из неблагополучных семей.
– Почему именно им? Почему не сиротам, или инвалидам?
– Понимаешь, если посмотреть на эту проблему внимательно, получается, что они самые обделённые. О сиротах заботится государство. И деньги туда выделяются немалые. С инвалидами – примерно то же самое. А неблагополучные семьи, как правило, отказываются от инвалидов. Здоровые дети – наоборот – могут подвергаться домашнему насилию годами. И никто не влезает в эти семейные дела. Ведь на бумаге всё в порядке. У ребёнка есть родители, он здоров. Но ты себе даже не представляешь, через что они проходят!
– К сожалению, представляю. И довольно хорошо. Я рос в обычном дворе. Как вы им помогаете?
– Разными способами. Чаще всего – пытаемся дать им возможность заниматься чем – то вне семьи. Чтобы они проводили как можно меньше времени дома. Пытаться повлиять на отношение таких родителей к детям – это лотерея с неизвестным исходом.
– Почему? Есть лишение родительских прав.
– Не всё так просто. К тому же, для ребёнка это очень тяжело. Большая часть из них продолжает надеяться, что родители когда-нибудь изменятся. Дети всё – равно любят их.