Ной и Закери были высокими и худощавыми. Одежда близнеца обтягивала жилистое тело Макса. Он подумал, что сильно похудел за последнее время, но после того, как надел рубаху и джинсы Ноя, понял, что еще в хорошей форме.
– Сидит почти идеально, – буркнул Ной.
– Спасибо, – ответил Макс. – Как твой брат?
– След от ожога останется, но ему повезло.
– Спасибо, что спасли нас. Я был удивлен...
– Я тоже, – оборвал Ной. – Если бы не Зак, мы бы не появились. У меня хуже развито чувство долга, чем у него. На самом деле, я считаю, что мы ничем не были вам обязаны, но брат настаивал на обратном.
Макс молча смотрел на близнеца. Ему казалось, именно Ной более храбрый и смелый из двоих. Возможно, так и было, но Закери оказался смелее в этой ситуации. Или глупее...
– Да, – немного помолчав, сказал Ной. – Если честно, я и сейчас против вашего нахождения здесь. Все это слишком опасно, я не готов потерять брата.
– Никто не готов терять близких, – возразил Макс.
– Это не про вас, – нахмурился близнец. – Каждый из твоих друзей понимает куда влез, каждый готов к смерти. А мы... это не наша битва.
– Хочешь сказать, вы не станете в дальнейшем нам помогать?
– Естественно нет! – воскликнул Ной. – Нужно быть идиотом, как Зак, чтобы влезть в это дерьмо! Но я ему не позволю.
– Я тебя понимаю, – кивнул Макс. – На твоем месте я бы поступил точно так же.
Ной удивленно посмотрел на Макса, а потом заметно расслабился и кивнул ему в ответ. Неужели он думал, что они буду просить о большей помощи?
Наконец-то они с близнецом спустились в гостиную. Был полдень, но из-за плотно занавешенных штор не проскальзывало и лучика света. В комнате находились только Рид, Закери и Одноглазый.
– Куда все подевались? – спросил Макс.
– Разошлись по дому, – буркнул Одноглазый, стоя возле окна. Он, то и дело, отодвигал немного тюль и смотрел на двор и улицы Ярила. – Я говорил, что не стоит этого делать, но они не стали меня слушать.
– Нам всем нужен отдых, – негромко сказал Рид, – даже тебе, Калег.
– Как ты, Риди? – Макс подсел на диван к Риду и пристально посмотрел на него.
– Жить буду, – тяжело вздохнув, ответил Рид. – Что там случилось, Макс? Как... как умерла Анид? Никто не говорит мне... Они просто. Просто ушли.
Макс отвернулся от Рида и уставился на свои ноги. Он вспомнил каждую делать этого утра, и по его телу пробежала неприятная дрожь.
– Она взорвала себя вместе со стражами, – сглатывая комок в горле, проговорил Макс. – Анид хотела защитить брата или просто умереть, я не знаю... Она смотрела мне прямо в глаза, когда страж пробил ей грудную клетку. Она могла бы выжить, если бы побежала вместе с нами, но она спасла всех нас...
– Лиса и Рид! – раздался басистый голос Кирона. – Только они, вот что осталось от моей семьи!
Парень, пошатываясь из стороны в сторону, медленно зашел в гостиную. Он еле стоял на трясущихся ногах, а в руках держал почти допитую бутылку рома.
– Все, кого я люблю, умирают! И все из-за тебя! – Кирон сплюнул на пол, тыча в Макса пальцем. – Ты ведь был рядом, когда охотница зарезала Дэкса! Я уверен, она хотела убить тебя! Но почему тогда Дэкс? А теперь и Анид...
– Эй, успокойся! – грозно оборвал Одноглазый, подходя к Кирону. – Тебя может кто-нибудь услышать.
Кирон посмотрел на Одноглазого и, оттолкнув его от себя, со всей силы ударил ему по лицу. Бывший лидер повстанцев свалился на пол, опрокидывая вазы с засохшими цветами, стоявшими на кофейном столике. На шум выбежали Шая и Лиса. У Шаи были влажные волосы, она стояла в дверях в легком халатике, опираясь на здоровую ногу. У Лисы алел нос.
«Наверное, – подумал Макс, – она составляла компанию Киру по уничтожению рома»
– Можешь избить меня, если тебе станет от этого легче, – спокойно сказал Макс.
Кирон ошарашено выпучил глаза на Макса, тот не сдвинулся с места, все так же сидел на диване.
– Нужно было сдать тебя Гильдии, когда была возможность! – выпалил в сердцах Кирон.
Все молча смотрели на Кирона. Одноглазый уже поднялся на ноги и теперь поглаживал себя по лицу, недовольно наблюдая за происходящим. Шая, прихрамывая, подошла к Максу и положила руку ему на плечо. Только что вошедший Мика слышал весь разговор, он скрестил руки на груди и осуждающе смотрел на Кирона.
– Лучше бы тебе остыть, Кир, ты итак много наговорил.
– Ааа!
Кирон замахнулся, бутылка с ромом пролетела высоко над головой Макса. Она врезалась в стену и рассыпалась на крохотные осколки. Парень закрыл лицо ладонями и застонал. Наблюдать за истерикой самого стойкого человека из группы было невыносимо, Макс почувствовал, как по щеке катится слеза. Парень смахнул ее и попытался взять себя в руки.