- Нет, - завизжала Эдра. Возможно, она и до этого кричала, но Макс не слышал. Возможно, кричали все присутствующие, но он не замечал голосов. - Не трогай его!
Одноглазый тут же прекратил лупить по лицу. Макс видел, как его мощный силуэт возвышается над ним. Парень протянул руку к ноге Одноглазого и сипло произнес:
- Не прекращай... Пожалуйста...
Какое-то мгновение они смотрели друг другу в глаза, а потом противник (хоть и не противник вовсе) ударил еще раз. Все погрузилось в тьму...
***
Губы растрескались, на языке все еще ощущался привкус крови. Видимо, Макс спал с открытым ртом раз горло так пересохло. Парень с трудом разлепил правый глаз, левое веко так и не смогло открыться. Еще до того как он до конца проснулся, почувствовал чью-то теплую ладонь, сжимающую его руку. Эдра сидела рядом. Девушка спала, положив голову на его кровать. Они находились в просторной комнате с мягкими диванами и креслами, цветы и вазы у окон захламляли большую часть помещения, в камине почти бесшумно горел огонь. Макс сразу узнал в этом интерьере поместье Лютеров.
Воспоминания прошлого дня не отпускали парня даже во сне. Он помнил все, переживая в своем кошмаре смерть Рида снова и снова. Здоровый глаз тут же намок от слез, Макс прикрыл его рукой и звучно шмыгнул носом.
- Хочется сдохнуть, - просипел он. - Как же хочется сдохнуть...
- Успеешь еще, - отозвался грубый голос. - Когда-нибудь все там будем.
Макс взглянул на непрошеного гостя, в проеме двери стоял Одноглазый. Он был побит, но как подозревал Макс, выглядел все равно намного лучше него самого. Парень не спеша обошел все преграды комнаты в виде пуфов и ваз и аккуратно уселся на стул рядом с Эдрой.
- Как ты?
- Вопрос отстойный... - ответил тот, подмечая, что огромный синяк на скуле Одноглазого его рук дело. - Прости за это.
Макс попытался указать на лицо парня, но сломанное ребро не дало поднять руку. Он утробно простонал и зажмурился от чего заболел подбитый глаз. Макс простонал еще раз.
- Это ты меня прости... Кажется, я слегка перегнул палку.
- Я хотел этого.
- Что странно, не находишь?
Макс взглянул на собеседника. Он и сам не понимал почему налетел на того, почему поступил именно так, но от собственных физических увечий притуплялась эмоциональная боль.
- Плевать, - ответил парень. - Я хотел этого и ты мне помог... Извини, что выбор пал на тебя.
- А на кого же еще он мог пасть? - ухмыльнулся тот. - Кажется, меня ты невзлюбил с нашей первой встречи.
- Верно... - Макс отвел взгляд. Не потому что ему было стыдно перед Одноглазым, вовсе нет. Потому что он пытался решиться задать единственный интересовавший его в эту минуту вопрос. - Где... Где Риди?
- Крос с Кироном и Микой похоронили его в земле. Кир выбрал поляну в лесу. Кажется, там убили Дэкса... Ребята подумали, что было бы здорово посадить там по ягодному кусту на каждого убитого. Можно приходить навещать могилы время от времени...
- Хорошая идея...
Ком в горле, образовавшийся сразу после упоминания друга детства, казалось, застрял на всю жизнь. И теперь он будет напоминать Максу о том, что именно благодаря Риду он жив. Жив, когда того уже нет.
- Это не твоя вина, - проговорил Одноглазый, от чего Макс вздрогнул. - Если бы мы появились на поверхности несколькими минутами ранее...
- Возможно, умер бы кто-то еще, - оборвал Макс. - Я устал постоянно думать об этих "если бы". Я знаю, что моей вины в смерти Риди нет. Его убила химера...Но легче не становится.
- Знаю... Знаю, прости.
Одноглазый поднялся со стула, и молча пошел прочь. Эдра от скрипа пола сонно заерзала на месте. Макс с нежностью погладил сестру по коротким волосам и подумал о том, что она единственная сможет залечить его бездну в душе, образовавшуюся от потерь. Он для нее должен быть таким же лекарством, а не тем, чем он является сейчас.
- Кстати, - обернувшись сказал Одноглазый, - я шел сюда совершенно для другого разговора, но вижу, что ты еще не оправился... Когда будешь готов обсуждать проблемы восстания и снова взять на себя полномочия лидера, сообщи.
- Кажется, до всех уже дошло, что из меня отвратительный лидер. Я потерял почти всю свою группу и финт со Дворцом Коалиции оказался напрасным.
- Ошибаешься парень, - вздохнул тот, - сильно ошибаешься. Отдохни пока, я попрошу кого-нибудь, чтобы принесли тебе поесть... Еще ничего не кончено, но мы почти у цели. Так что постарайся не закрываться в себе.
Одноглазый чуть постоял, будто обдумывая, стоит ли Максу говорить следующую фразу, но немного переждав, все же произнес: