– Мы уже уходим, – примирительно сказал Павел, приставив нож к виску толстяка. – Если будешь вести себя разумно, я тебя не трону.
По глазам Минковского было видно, что разумно он вести себя не собирается, поэтому Веласкес, не убирая нож, оттолкнул от берега плот с Настей, забрался на него сам и заработал веслом. Толстяк первое время крался вслед за ними по прибрежным зарослям, но потом отстал, забрался в океан и принялся искать свой пистолет.
Через тридцать минут Веласкес наконец добрался до нужного места – туда, где днем раньше обустроил себе лежбище, но вверх он не полез, ограничился пещерой. Павел втащил Настю в укрытие, отволок плот подальше в заросли лиан и вернулся к молодой женщине. Та уже не просто выла – орала и грызла руку, стараясь не потерять сознание и как-то перебить боль.
– А вот это зря. – Веласкес вырубил ее легким прикосновением к затылку и уселся рядом, скрестив ноги.
Гости на яхте дожидались темноты. Радар показывал, где находятся все цели, жертвы разбрелись по острову, трое – сами по себе, и еще четверо – парами. Один решил искупаться. Яхта стояла в шести километрах от северной части острова, где никого не было, погасив огни.
– Пора, – скомандовал старый китаец.
Невозмутимый штурман посмотрел на часы и проводил гостей на корму – пять джетов стояли в ряд на откинутых рейлах, готовые к спуску. Не дожидаясь отмашки, молодой китаец первым бросился к гидроциклу, за ним – Бен Палмер. Охотники прикладывали ладони к сенсорным панелям, привязывая аппараты к себе, чтоб жертвы не смогли ими воспользоваться. Старик Ву спустился на воду последним, и пять джетов почти беззвучно ринулись к острову.
Сэм Маккензи смотрел на экран, откинувшись на спинку кресла. Яхта, которая раньше носила имя его матери, пропала с радаров в двухстах километрах от Параизу, но маяки, расставленные на островах, фиксировали сигнал от добавочного компонента, пришлось повозиться, восстанавливая коробки, но, как оказалось, оно того стоило. Судно двигалось на юг и окончательно пропало в четырехстах пятидесяти километрах, войдя в одну из многочисленных слепых зон…
Можно было бы выслать поисковую группу с беспилотниками, оснащенными радарами, но капитан решил этого не делать. Рано или поздно яхта появится вблизи Параизу вместе с владельцем, и тогда с ним можно будет побеседовать. Очень откровенно и обстоятельно.
Капитан полиции Верхнего города Хайме Перейра не спал. Не потому, что старость давала о себе знать – в свои девяносто пять он чувствовал себя отлично, медицина Параизу в части продления жизни преуспела, и у него был реальный шанс дожить до ста пятидесяти. Сон у капитана был чуткий, и когда внезапно сработала охранная сигнализация, он тут же проснулся. Правда, сигнализация снова перешла на прежний режим работы, не подавая никаких тревожных сигналов, но Хайме для успокоения вывел на экраны изображения с камер. На первый взгляд все было спокойно, слишком спокойно – пустые помещения, никаких нежданных гостей.
Охрана жила в отдельном флигеле и в дом без нужды не совалась, только секретарь ночевал в комнатке на первом этаже. Перейра попытался связаться с ним, потом с охранниками, но после срабатывания сигнализации внутреннюю связь как отрубило. Внешнюю тоже – на телефоне висел значок отказа в обслуживании. Хайме через свой служебный чип вызвал полицию, одновременно нажимая тревожную кнопку, которая превращала его спальню в подобие сейфа. Но ничего не произошло, стальные двери так и остались в стенах, проем, ведущий в небольшую комнату, защищенную по пятому классу, не открылся – замок словно заклинило. Все, что он успел, это достать оружие из прикроватной тумбочки, и когда убийцы поднялись в спальню и распахнули дверь, Перейра их встретил очередью из пистолета. Капитану удалось убить одного, прежде чем остальные четверо изрешетили его пулями.
Один из убийц подошел к телу капитана, приложил медицинский сканер к его щеке – тот показал остановку сердца.
– Мертв, – сказал он. – Уходим.
Пока остальные трое выбегали из комнаты, он запустил руку в наплечный карман, вытащил оттуда фотографию, перстень с печаткой и положил на прикроватную тумбочку.
Полиция приехала в дом Перейры через семь минут – к этому времени убийцы исчезли, оставив труп своего сообщника.
Глава 23
20 августа 334 года от Разделения, пятница
Волкова спала. Павел кое-как ее подлечил, изуродованная щека покрылась коркой из засохшей сукровицы, опухоль возле глаза уменьшилась, но до полного выздоровления было далеко. Детективу требовался настоящий врач, все, что смог сделать Веласкес, это убрать поврежденные ткани, обеззаразить рану и остановить кровотечение. Он свел неповрежденные ткани вместе, и организм смог начать образование соединительной ткани. Красоты это не прибавляло, но частично убрало боль и полностью – опасность сепсиса.