Резник решил покончить с Минковским сразу, одним выстрелом. Он подошел поближе, прицелился, и вдруг тишину острова разорвал чей-то громкий вопль. Толстяк встрепенулся, повертел головой и встретился взглядом с охотником.
Ву прошел примерно половину расстояния до Салливана и его напарника, или напарницы, когда те начали перемещаться. Делали они это синхронно, не отдаляясь друг от друга. Старик держал в руке обнаженный меч, стрелковое оружие он не любил и старался им не пользоваться, но это не значило, что он не умел это делать – на поясе старика висел пороховой пистолет.
Через пару минут пришлось повернуть под прямым углом: Салливан, похоже, шел почти к тому же месту, где они оставили гидроциклы. Маг и его спутник двигались быстро, почти бегом, навстречу Ву, старик притаился в зарослях и дождался, когда жертва покажется среди деревьев. Салливан был один, Ву еще раз сверился с расположением маячков, улыбнулся. Похоже, у этого мага были два пистолета, значит, кто-то из новичков остался без маяка, и это делало охоту гораздо интереснее.
Салливан будто что-то почувствовал, остановился, глядя в сторону охотника, даже сделал несколько шагов в его направлении, но потом пожал плечами и бросился дальше, освещая себе путь фонарем. И снова остановился – кто-то на острове кричал, в крике сливались боль и ненависть. Это значило, что теперь маги будут настороже, они начнут сопротивляться, именно на это Ву и надеялся – на то, что отличает настоящую охоту от обычного убийства беззащитных спящих людей.
Палмеру выпал Виктор Лапорт, музыкант медленно перемещался вдоль берега, словно прогуливаясь. Из всех целей это была самая дальняя, Бен поначалу решил пойти напрямик, но на его пути, похоже, Беннет уже приближалась к своей жертве, и Палмер не хотел им мешать. К тому же еще две цели, Мишель Горовиц и кто-то из новеньких, находились восточнее, и Палмер подумал, что неплохо было бы их подстрелить, потом расправиться с Лапортом, вернуться и выиграть десять миллионов. Конкуренцию ему мог составить только китаец, рядом с целью которого тоже находился новичок, но за китайцем увязался его молодой соотечественник, так что они, наверное, убьют сразу двоих.
Палмер так и сделал, он считал, что идет тихо и незаметно, на самом деле отсутствие опыта выдавало бизнесмена с головой.
– Сейду, это ты? – раздался голос Горовиц, и свет от фонаря скользнул к Палмеру.
Она стояла одна, значит, второй где-то прятался. Палмер поднял карабин и выстрелил, не целясь – автоматическое оружие с помощью перчаток само направило руку в нужном направлении, а инфракрасный целеуказатель подсветил нужное место на жертве.
Сейду целилась из пистолета в женщину, упавшую в яму. Та оказалась на удивление проворной и ловкой, сгруппировалась в воздухе и приземлилась на полусогнутые ноги. Сверху посыпались листья и ветки. Из пробитой возле локтя правой руки хлестала кровь, Сейду обхватила ее левой, пытаясь запечатать тромбом артерию, но смогла пока только унять боль. Пистолет гулял из стороны в сторону, маг все равно попыталась выстрелить, но у нее ничего не получалось, спусковой курок словно застыл.
– Что, сучка, не получается? – насмешливо спросила Лара и ударила жертву ногой в раненую руку. – Это и есть твои хваленые колдовские способности?
Она ударила Сейду еще раз и не успела заметить, как в руке рыжеволосой женщины вместо пистолета оказался нож. Маг ударила противницу в бедро со всей силой, штаны, которым теоретически не страшны были осколки от близкого, хоть и не слишком мощного взрыва, пропустили лезвие.
Лара отпрянула, Сейду оттолкнулась от нее ногой и подпрыгнула вверх. Беннет попыталась последовать за ней, но стенки ямы осыпались, к этому прибавилась жуткая боль в ноге, и тогда Лара заорала. От боли и ненависти.
– Что это? – Настя попыталась открыть глаза. Правый кое-как видел, а левый словно грязью залепили, оставив крохотные отверстия, через которые пробивался свет от фонаря. Человек перевел поток света на свое лицо, и Волкова скривилась, тут же вскрикнула от боли. Опять этот Веласкес.
– Тихо, – сказал Павел. – Похоже, у нас гости.
– Твои друзья-маги? – с вызовом спросила детектив.
– Нет, другие. И сдается мне, они нам совсем не друзья. Надо выбираться отсюда, рано или поздно нас найдут, а защищаться нечем.
– Ты же маг, – с сарказмом сказала Волкова.
– Ладно. – Веласкес поднялся с корточек. – Хочешь лежать здесь – оставайся.