Скорость катамарана по документам, выданным покупателю, была тридцать узлов, но после покупки судно подвергалось доработке, в частности, глиссирующие крылья были заменены на более скоростные, а к водометам добавились винтовые двигатели – на них судно разгонялось до выхода на крейсерскую скорость, которая теперь составляла больше пятидесяти узлов, или почти сто километров в час.
До выхода на эту скорость катамарану понадобилось семнадцать минут, он приподнялся над водой, удерживаемый подводными крыльями, и помчался на юго-восток. Через час судно скинуло в воду буй, на котором стоял идентификационный чип, и теперь средства слежения считали, что корабль дрейфует за одинокой скалой в двухстах километрах от Острова. Таких любителей уединения было много, тысячи, и слежка представляла собой простую формальность. Сразу после этого включился стелс-режим, судно на секунду пропало с радаров – обычные помехи.
Еще через четыре часа, когда Параизу и катамаран разделяли почти пятьсот километров, и средства прямого наблюдения на Великих скалах уже не доставали до него из-за кривизны планеты, корабль зашел внутрь небольшого архипелага из двух десятков островков, окружавших большой, вытянутый на север почти на десяток километров.
Судно замедлило ход, подплывая к острову, и выкинуло надувной причал. Двое пассажиров вышли на берег, закрепили причал к камням и помогли еще четырем выгрузить ящики – те были тяжелые, приходилось их поднимать по двое. Восемь ящиков отправились в одну сторону, восемь – в другую.
Пассажир в костюме спустился на берег, только когда все ящики стояли на песке. Он подошел к тем, что были сложены справа, остановился. Тут же подбежали двое, вскрыли ближний ящик.
В нем лежала женщина средних лет, со светлой, почти прозрачной кожей, рыжеватыми волосами, в оранжевом комбинезоне. Руки у нее были сложены на груди. И на левой был браслет.
Седьмой кивнул, дождался, пока все восемь ящиков будут вскрыты, – в каждом лежал человек в оранжевом комбинезоне и с браслетом на руке. Седьмой прошелся между ними, прикладывая ко лбу пластину, шесть раз она загоралась зеленым, один раз оранжевым и один раз – красным.
Один из тех, кто открывал ящики, шел рядом с седьмым. В руке он держал пистолет. Тот, на которых пластина отреагировала красным мерцанием, был мертв, и ящик закрыли обратно. Того, кто обозначился оранжевым, человек с пистолетом пристрелил. Два выстрела в грудь и один – в голову.
Человек в костюме убедился, что они мертвы, и начал снимать браслеты – сначала с мертвецов, потом со всех остальных, это заняло у него меньше двух минут. Потом он перекрыл капельницы с раствором, который подавался в кровь каждому из людей в ящиках. К этому времени причал уже был свернут, на берегу осталась платформа, на которую седьмой встал, и его тросом притянуло к катамарану, где его ждали шестеро остальных пассажиров. И как только седьмой поднялся на борт, судно отчалило и, набирая скорость, направилось на северо-запад, в сторону Тахо.
Оно скрылось из виду через полчаса. А еще через двадцать минут женщина с рыжими волосами закашлялась и, цепляясь руками за борт ящика, попыталась сесть. Она выдернула трубку из иглы, воткнутой в вену на руке, и пыталась понять, где она и что с ней происходит. То же самое попробовали сделать и остальные пятеро.
Кораблю потребовалось еще три часа, чтобы оказаться в зоне охвата станциями связи и подобрать буй. С этого момента радары снова стали видеть его как движущуюся цель.
Седьмой пассажир связался с Тахо, а оттуда – с Верхним городом.
– Осталось шесть посылок, – коротко сказал он. – Одну потеряли по дороге, а вторая испортилась.
– Клиент будет недоволен, – тут же отреагировал его собеседник. – Он заплатил за восемь, значит, и получить должен восемь.
– Накладки. – Седьмой был совершенно невозмутим. – Ты сам виноват, я тебя предупреждал, что потери неизбежны.
– Но в прошлые два раза их не было.
– Раз на раз не приходится. – Седьмой подставил лицо морскому ветру, брызги приятно холодили кожу. – Цена остается такой же, но я что-нибудь придумаю. Возможно, товар будет качеством похуже или вообще из другой лиги, но в качестве статистов они сойдут.
– Качество мы не гарантируем, – повеселел его собеседник. Седьмой всегда делал то, что обещал. – Клиент будет через шесть дней, постарайся, чтобы хотя бы один был такой же, как эти.