– И вы решили, что неплохо было бы еще одного сотрудника заполучить?
– Не угадал. – Краузе швырнул планшет на стол, тот шлепнулся аккурат перед Веласкесом, раскрывшись в полете. На Павла с экрана смотрела молодая черноволосая женщина с острым носиком, огромными зелеными глазищами и пухлыми губами. – Знакомься, Мишель Дакота Констанца Горовиц, маг, инспектор надзора. Наш восемнадцатый сотрудник. Двадцать два года, стажировалась в полиции, потом перешла к нам. Месяц назад внезапно исчезла неподалеку от Старого порта, вот прямо тут, поиски результатов не дали. Комм отключен, на связь с того времени не выходила, первый месяц ее активно искали, даже из центрального офиса приезжали, но ничего сделать не смогли. Никаких зацепок, словно сквозь землю провалилась.
– Наверняка тщательно искали? – Павлу показалось, что девушка на планшете ему подмигнула.
– Конечно, Служба за своих порвет кого угодно. Мы проследили каждый ее шаг, а вот в семь часов последней трети десятого июня все обрывается. Никто ничего не видел и не слышал, никаких следов. А недавно кое-что появилось. Мужчина, которого убили в мотеле, – бывший воспитатель из пансиона для таких, как ты, Шань Ли, у него дом здесь есть, недалеко от Старого порта. И вроде как у этого воспитателя была информация, где может быть Мишель. Он хотел сообщить ее лично мне, говорил, что это очень важно и конфиденциально.
– И раз его пристрелили, информация была действительно важная?
– Правильно мыслишь, Веласкес. Этот Шань был себе на уме, последние несколько лет темными делишками занимался и просто так ничего бы не отдал. Он хотел сто тысяч реалов, так что, считай, служба на этом сэкономила. Главное он сказал – что Мишель жива, и у него есть доказательства.
– Были.
– Да, личные вещи я его забрал, и коммуникатор в том числе, но там ничего нет. Так что нам с тобой предстоит здесь узнать, где этот Шань жил, что делал, и так мы ухватимся за ниточку, которая приведет нас к инспектору Горовиц. Она ведь тебе понравилась, правда? Отличная девчонка.
– И девочка отличная, и план тоже, – искренне похвалил Павел и лейтенанта, и мага-инспектора. – Но за каким хреном я тут нужен?
– Ты еще не понял? Ты – маг, она – тоже, вероятность, что вы друг друга отыщете, куда выше, чем если бы я занимался этим один.
Павел усмехнулся. Если бы маги могли чувствовать друг друга на расстоянии, это было бы большим преимуществом. Но нет, даже без браслета он не ощущал никого. О чем и заявил.
– И вообще, может быть, она не хочет, чтобы ее нашли, – добавил он.
– Значит, мы тем более должны ее отыскать. Маг на свободе без надзора – это как бомба с неисправным детонатором, никогда не знаешь, рванет она или нет, и если да – то с какой силой. Не тебе объяснять, что может наделать эта хрупкая девушка, если снимет браслет. Или если кто-то заставит ее это сделать в своих интересах. Так что сегодня отдыхаем, а завтра – за работу.
Настя отрывалась как могла, по ее мнению – имела полное право. Приехавший наряд забрал чемоданчик, опечатал логово этого мелкого афериста Веласкеса, и она со спокойным сердцем отправилась в вечерний клуб. Даже не переодеваясь, сережка так и лежала в кармане, в пластиковом пакетике для улик, для нее звездный час должен был наступить в понедельник, когда она с триумфом выложит эту безделушку рядом с такой же на стол Эскобару. Нет, лучше в рожу его самодовольную швырнет, а то как перепихнуться, так этот красавчик первый в очереди, а как до реального дела доходит, чтобы схватить какого-нибудь наглого мага и мордой его по камням и траве, так он в кусты. Волкова и сама не могла понять, чем ей этот Веласкес так досадил. Ни на одно из провальных увлечений юности он похож не был, ни Павлы, ни Веласкесы не делали ей в этой жизни ничего плохого. И все равно, думала о нем – и прямо кулаки сжимались. А уж когда сережку нашла, сердце от радости чуть не выпрыгнуло из майки – бюстгальтеры Настя не носила принципиально.
В клубе Волкова основательно набралась, так, что даже диагност запищал, показывая среднюю степень алкогольного отравления. Как раз тогда, когда она залезла на столик и, вращая бедрами, танцевала под зажигательную музыку. И ничуть не хуже стриптизерш, те только и умеют, что за шест хвататься, никакого чувства ритма. Из тех парней, что стояли вокруг, пуская слюни, Настя отметила двоих, оба – чуть выше среднего роста, черноволосые, мускулистые, как раз то, что нужно для достойного завершения воскресенья.