Прошло пять секунд, десять, ничего не происходило. Она даже не моргала, чтобы ничего не пропустить, но не смогла долго держаться из-за дискомфорта в глазах и таки моргнула. В мгновение ока безликий муж уже не был похож на мужа, и вместо пустого лица появилось ещё более страшное, изуродованное нечто, едва напоминающее чело.
Маленькие поросячьи глаза, но одновременно дикие как у хищника еле видны из-за множества морщин и складок, заставляя обвисать всё лицо. Большой лысый череп неестественной формы, отсутствие носа и выдвинутая нижняя челюсть с небольшими как у орка клыками, всё это красовалось на лице Димы. Лучше бы оно было пустым как секундами ранее, ибо столь мерзкое зрелище напрочь могло сломать психику впечатлительной девушки, да и вообще кого угодно. Ужас от увиденного сковал всё тело, хотелось кричать, казалось что время остановилось. На самом же деле прошло всего несколько секунд, но и их хватило чтобы на всю жизнь запомнить самую отвратительную картину, которую она видела в своей жизни. Ева пыталась держать себя в руках, но получилось не очень.
Вскрикнула, резко отвернулась и выбросила проклятый снимок куда-то в сторону, в темноту. Пулей отскочил кот, от летящей в него фотографии, зашипел что есть силы, и убежал в угол комнаты, исчезнув в темноте. Старушка мигом бросилась открывать дверь, в тёмную комнату пробрался свет с кухни, а свечка валялась потухшей на полу. Ева села на стул и заплакала. Она никак не могла подумать, что увидит своими глазами ещё более страшное явление, чем несколькими часами ранее. Казалось это был пик, но планка была повышена.
– Ева, Евочка, успокойся, всё под контролем.
– Что это было? – дрожащими губами спросила девушка.
– А что ты видела?
Прежде чем ответить, Ева вытерла руками слёзы и привела немного в порядок дыхание.
– Уродливую тварь. Таких только в фильмах ужасов показывают. Как это вообще объяснить? Я ничего не понимаю.
– Это, дорогая моя, тёмные силы, – немного помолчав, промолвила старушка.
– Что?
– Я не могу точно сказать, что это. Но тут и без меня понятно, что дело тёмное. Эти кошмары можешь видеть только ты. Ни Дима, ни я, ничего необычного на фото не увидели. Только твоему глазу под силу видеть такие вещи, связанные с ним. Не с проста он обгорел после поджога снимка, и не с проста сам снимок загорелся после крещения. И не с проста именно ты видишь эти странные явления. Всё связано.
– Каким образом?
– Могу только объяснить последнее. Ты видишь всё это, потому что у вас с ним родственная связь. Это твой самый родной человек, твой муж, твоя любовь. Может быть, это могут видеть и другие любящие его люди, то есть родственники, я не уверена. Но достаточно того, что ты одна всё увидела. Причём не один раз.
– Баб Варь, я всё равно не понимаю. Почему фотографии такие страшные? Что с Димой происходит?
– Не могу сказать точно, я сама не могу понять. Это точно тёмные силы, но… Всё равно не пойму. Не уж то и правда сбывается…
– Что сбывается?
Старушка была немного потрясена, и не обратила внимания на вопрос Евы. Было видно, что она погружена в свои мысли, и была сбита с толку.
– Погодь.
Она подошла к столику, взяла самую нижнюю книгу из стопки и вернулась на своё место. Зашуршала страницами ненадолго, и уткнулась носом в книжку. Поняв, что находится на нужной странице, она протянула книгу Еве, и ткнула пальцем в место, откуда надо начинать читать. Девушка взяла её, и хорошо приглядевшись из-за тусклого света в комнате начала читать отрывок:
«И настанут времена неспокойные, и будут похищены дети от родителей своих. И твориться будет беззаконие. И поделятся люди на тех, кто взвыл от несправедливости, и тех, кто рад будет горю чужому. Опустится род человеческий до самого дна, и будет к гибели идти. Атакуют бесы сынов Божьих, и появится тот, который предотвратит постепенное истребление человечества. Да отправит он нечисть восвояси, и спасёт тысячи невинных душ. Да будет он зверь и человек в одном обличии, и совершит великое дело, о котором не узнает никто.»
Разум Евы уже отказывался воспринимать что-либо, и она совершенно не понимала, на кой бабка дала ей прочитать отрывок из фантастической литературы. Закончив читать, она непонимающим взглядом уставилась на старушку. – Не поняла?