– Шикарно. Наручники все в грязи теперь.
– Вот и мой их теперь.
Он наклонился к трупу, перевернул лицом в грязь и появились заведённые за спину руки с наручниками. Вставил ключик, снял их, не стал заморачиваться и кинул их на пол заднего сиденья. Сел обратно на своё место и замолчал.
– Ну, что дальше? – спросил у него другой.
– Не знаю, будем ждать ответа от хозяина.
– Да это я знаю, не тупой. С телом что делать будем? Опять закапывать? Я задолбался копать уже.
– А что ты предлагаешь? Жечь нельзя, заметно всё-таки будет.
– Я надеюсь хоть на этот раз мы кого надо убили, хозяин уже злится. Поймать его надо как можно быстрее, урода. Он же всех нас подставил! Ну не смог ты молодое тело найти, так сдохни заслуженно! Теперь всех нас могут забрать отсюда, а мне здесь нравится! Людей мучить. Люди – они же такие тупые… Вспомни как легко мы его упаковали, они же реально поверили что он педофил.
Оба засмеялась, вспоминая этот момент.
– Да, как же легко заставить стадо думать так, как тебе нужно. Страх и гнев – вот как ими управлять. Только власть иметь надо, хотя и то не обязательно. Припугиваешь, и они сами себя дальше накрутят. Потом пока напуганы, внушаешь им своё, натравливаешь на кого-нибудь, сталкиваешь лбами, и всё. Вот тебе и ручные псы, которых можно натравить на кого угодно. Хотя нет, ручные псы это мы. А они – тупое стадо, которым легко можно управлять.
– Так они для этого и созданы. Вкусили запретный плод, теперь пусть мучаются.
– Это всё хорошо, только что делать будем, если хозяин скажет, что опять не того кого нужно убили? Деревенские конечно туповатые, но могут уже заподозрить кое-что. Опять ведь придётся забрать кого-то, что на этот раз говорить будем?
– Да предъявим, мол, не являлся в военкомат по повестке уже несколько раз, и надо теперь поехать в отделение для выяснения обстоятельств. Просто с каменным лицом упакуем в машину и всё, что они смогут сделать? Ничего не смогут. Просто будут опять молча стоять, смотреть.
– Давай-ка переодеваться и начинать копать. Не будем затягивать.
– Пошли. Надеюсь хозяин быстро даст ответ.
* * *
Прискорбно осознавать, но всё сказанное старушкой-ведуньей и бесами в человеческом теле о несчастной жизни человека, являлось истиной. Всё берет корни с далёкого прошлого, с начала времён, когда падший ангел смог направить поезд с человеческими душами по другим рельсам. По другой дороге. Дороге бесконечно долгих лет, наполненных скорбью и жестокостью, уводя поезд от первоначального маршрута, включающего в себя вечное блаженство и умиротворение. Можно было бы во всём кошмаре который происходит сейчас, винить то роковое событие, но на то человеку и был дан разум, чтобы заставить вновь направить свою жизнь в том направлении, в конце пути которого кроется бесконечное счастье. Лишь тысячи из миллиардов понимают это, но подавляющее большинство окончательно и безвозвратно позабыли себя, поддавшись греховным искушениям тёмных сил.
Дождь прекратился, наступила тьма, а исчезнувшие тучи обнажили звёздное небо освещавшееся уходящей луной. Ева сумела немного отвлечься с помощью болтовни с бабушкой, но пора было возвращаться домой и снова окунаться с головой в новые проблемы, которые подготовила ей жизнь. Она шла по дороге держа в руках те самые злосчастные фотографии, и не было более никакого желания хранить их дома, не хотелось вообще иметь ничего общего с этим феноменом. Не хотела их видеть, но и выкинуть не решалась. Всё походило на жуткий, реалистичный, затянувшийся сон. Но эта была явь, и всё только начиналось.
Не пройдя даже половину пути, начала слышаться энергичная музыка. По мере приближения к дому она звучала всё громче, и подойдя к дому Ева увидела свет в окнах. Всё стало понятно, Дима был уже дома и наверняка выводил из себя собирающихся спать соседей громким хэви-металлом, доносящимся из огромного музыкального центра подаренным им на свадьбу. Зайдя во двор звук стал громче и чётче, мощнее и яростнее. Композиция Judas Priest – Painkiller казалось бы, могла реанимировать сердце мёртвого, поднять на ноги неходячего, разбудить зверя в самом скромном скромняге, заставив трясти головой и метаться из стороны в сторону как бушующий хищник. Сверхвысокий голос вокалиста Роба Хэлфорда резал уши, а к тому моменту когда Ева зашла в дом, в бой вступило гитарное соло которое с каждой секундой становилось всё мощнее, быстрее, звериннее. Всё как любил Дима, но оказалось, что бес тоже тащился от тяжёлого металла. Временами спокойный характер Димы испытывал голод по взрывной металлической музыке, которая пробуждала в нём могучего брутала, готового рвать и метать.