— Говно босс, — заключила она, пнув бок волка носком сапога. — Быстрый, да. Но если его удержать… просто мешок с хитами. Кабан куда проблемнее.
— А вот теперь пора искать медведей, — сказал я, смахивая с мантии прилипшие травинки и волчий волос. — Четвёртый пункт в коллекции.
— Медведей? — переспросила она. — И где, интересно, мы их возьмём? В этом лесу я за всё время ни одного медвежьего следа не видела. Кролики, еноты, кабаны, волки — есть. Медведей — нет.
Хм… Я задумался, листая в памяти карту окрестностей. Наш сырой, хвойный лес с оврагами и полянками явно не был медвежьим угодьем. Это территория стайных хищников и быстрых травоядных. Медведь же зверь другой, более основательный, требующий иного ландшафта.
— Значит, искать нужно не здесь, — заключил я вслух. — Коллекция называется «Хозяева Леса», а не «Хозяева Этой Конкретной Рощи». Значит, речь о всём регионе. Нужно сменить локацию. Медведь должен быть дальше. На границе леса, или в каких-то особых местах.
Мы замолчали, обдумывая. Просто так бродить наугад в надежде наткнуться на редкого босса, занятие на дни, если не на недели. Нужна была зацепка.
— Аня, — вдруг сказала Настя. — Она же всё время травы собирает, шныряет везде. Могла что-то видеть.
Решили спросить её, наверняка она знает. Вернувшись в наш захламлённый сарай, мы застали алхимику за привычным делом, она аккуратно переливала дымящуюся жидкость из котла в ряд склянок.
— Ань, — начал я, присаживаясь на груду шкур. — Мы ищем медведей. Для коллекции. Ты, бродя везде, не видела следов? Берлог, когтей на деревьях, ну… медвежьего помёта?
— Ну… — протянула она, слегка зевая. — Вроде да, видела. Не самих, конечно, я бы тогда не вернулась… Но у дальнего ручья, того, что в скалы впадает, следы огромные. С когтями. И земля там будто вспахана, они, наверное, рыбу ловят или коренья ищут.
— Ладно, — выходннул я. — Значит, идём к тому ручью. Да начнётся последняя сложная охота в этом лесу!
Мы пришли к ручью, о котором говорила Аня. Место и правда особенное: вода с шумом пробивалась меж камней, поросших мхом, а вокруг, вместо привычных сосен, возвышались древние, корявые ели. Побродили вдоль берега недолго, выискивая следы, как вдруг Настя резко сжала мне запястье, указывая взглядом вверх по течению.
Медведь. Вернее, медвежонок. Он стоял на задних лапах у воды, словно принюхиваясь, и был, по меркам своего вида, совсем небольшим, размером с крупную собаку. Его шкурка имела нежный, почти игривый оттенок корицы. А над его головой пульсировала цифра, моментально отрезвляющая любые мысли о «милашке»: 200/200 HP.
— Двести хитпоинтов, — скрипуче прошептала Настя. — Даже с критом мой выстрел в лучшем случае, не убьёт. Его минимум два, а то и три. Проклятая губка для урона.
И тут я заметил движение на противоположном берегу. В тени огромного валуна замерли две фигуры. Парень в латах, держащий перед собой массивный, в рост человека, стальной щит с гравировкой. И девушка в просторном сером одеянии, с посохом, на навершии которого трепетала крошечная, но яркая электрическая дуга. Она негромко что-то произносила, и из её свободной руки вылетали еле заметные шаровые молнии, маленькие, размером с грецкий орех, частички чистой энергии. Они рассекали воздух и с тихим треском впивались в бок медвежонка, оставляя на его шерсти дымящиеся пятна. Урон был мизерным, — 5, -7, но постоянным, словно она методично точила камень.
Медвежонок, больше раздражённый, чем серьёзно раненый, поворачивался к источнику боли, издавая низкое, грозное ворчание. Парень со щитом тут же делал шаг вперёд, надёжно прикрывая собой магницу. Чёткая, отлаженная работа.
— Вот чёрт, — выругалась Настя тихо. — Крадут наш фарм. Что будем делать, Альфонс?
— Что делать? Разве не очевидно? Убьём их и всё. Сейчас медведь их измотает, я перебегу на другой берег, и мы покончим с этим.
— Ну да, очевидно, — коротко кивнула она, уже оценивая дистанцию и укрытия. — Танк глуп, стоит ко мне боком, щит держит на медведя. Как только зверюга кинется в очередную атаку, я сниму его подружку. Она, похоже, вся в кастах, защиты ноль. Ты в этот момент уже должен быть в воде.
И вот это случилось. Медвежонок, раздражённый до предела крошечными, но бесконечными ударами молний, внезапно рванул вперёд с коротким рёвом. Танк рефлекторно сделал шаг навстречу, его щит принял на себя удар.