Последний босс самый сложный…. мда. Не легко будет победить.
— Какой план дальше? — спросила Настя, одевая потерянную броню.
Я смотрел на свои руки, ещё помнившие призрачное ощущение разрыва.
— Ну, его мы убить пока не можем. Вообще. Так что… снова тренироваться. Убивать игроков. Копить лут. Качать профессии. Всё сначала. Только теперь зная, что в конце леса ждёт это. Эх… — вырвался у меня одинокий, короткий выдох, в котором смешались досада, горечь, и пустота после поражения, которое даже не оставило права на злость. Только на дальнейшую тяжёлую, рутинную работу. Настя молча кивнула, снимая лук с плеча. План до безумия прост, вместе с этим скучен. Типичный гринд, который есть во всех играх.
Пришли к Ане. Она вздрогнула, увидев наши обречённые лица.
— Сделай кучу зелий, — сказал я, даже не присаживаясь. — Выносливости и маны. Самых сильных, какие можешь. Много. Нам для тренировки надо. Последнего босса… не осилили…
Аня лишь быстро закивала, её пальцы уже потянулись к полкам с ингредиентами. Страх в её глазах сменился сосредоточенной работой.
Настя сгоняла на рынок в другую деревню и притащила самую жёсткую тетиву, какую смогла найти. Теперь кряхтит, пытаясь согнуть её руками, перестаралась. Бедной Ане приказали делать не только зелья, но и концентрированный яд для смазки наконечников. Девочка молча кивала, перемешивая в котле липкие, дурно пахнущие субстанции, её плечи были ссутулены от бесконечной работы. Она, наверное, ужасно устала.
У меня же всё ещё проще, хоть и в тысячу раз больнее. Логика такова: пережить атаку медведя невозможно. ХП качать бесполезно, из-за его слишком большого урона. Оставалось одно, не попадаться. Поэтому я бегал. Туда-сюда, по кругу, зигзагами между соснами, пока лёгкие не горели огнём, а ноги не становились ватными. Когда мышцы начинали кричать от боли, то просто заливал их целительной магией и бежал дальше. Выносливость это не восстанавливает, но зато избавляет от боли. Когда надоедало, шёл к огромному, вековому дубу на окраине лагеря. У него целых 15000 HP. Я бил по нему. Раз за разом. Кулаками, локтями, коленями. Древесина трескалась, костяшки стирались в кровь, но с каждым днём цифры над стволом -0, -1, -2, становились чуть больше.
Игроков решили временно не трогать. Арифметика проста: до нового, семнадцатого уровня мне нужно было 16 тысяч единиц опыта. С каждого новичка падало жалких 100–200. Опытные давали в десять раз больше, но таких мало, да и охотиться на них стало рискованно, после нашей осады у деревни многие начали ходить группами. Не та цель.
Так что тренировались. Молча, злостно, с одной мыслью о том десятитысячном хите, который ждал нас в чаще. Но я задался вопросом: а почему уровень навыка «Слабое лечение» так и застыл на первой отметке? Я лил ману тоннами, латал себя ежедневно, а прогресс-бар даже не шелохнулся. Гипотеза пришла почти сразу. Система не дура. Просто использовать одну кнопку недостаточно. Нужен качественный скачок. Прогресс в магии. Попытка изменить форму умения, выйти за рамки заданного шаблона.
Я представил это так: сейчас моё лечение это грубый, неотёсанный поток энергии. Как из шланга. Льётся куда попало, большая часть рассеивается впустую. Чтобы навык рос, нужно научиться лепить из этой энергии. Делать не поток, а точечный импульс для глубоких ран, или щит-пластырь для ссадин, или даже… попробовать направить его вовне. То есть пустить длинный луч энергии.
Завтра попробую. Не просто шлёпать ладонью на рану, а сосредоточиться, применить фантазию.
Утро началось как обычно. Я заявил Елене, что она только моя, вложив в голос всю ту собственническую решимость, что копилась после её слов о «мальчике». Она покраснела, смущённо потупилась, но не возразила. Потом была тренировка по боксу, на которой я уже не отставал. Тело, привыкшее к ударам в виртуальном мире, двигалось увереннее, а сила, прокаченная ударами о дерево, давала о себе знать в каждом хуке.
А потом снова игра. И мой эксперимент.
Я решил применить фантазию. Если система хочет прогресса в магии, значит, надо выйти за рамки. Перестать просто «включать» исцеление. Нужно его осознать. Для начала размялся на старом, надёжном: уменьшал и увеличивал сияние вокруг ладони. Это я уже умел делать интуитивно, концентрировал энергию, и свечение становилось ярче, гуще, а лечение эффективнее. Но это лишь регулятор громкости. Система молчала.