На ужине я озвучил идею родителям. Отец, выслушав, хмыкнул и одобрительно кивнул:
— Ты такими темпами скоро в UFC выступать будешь. Лишь бы здоровье не угробил. Деньги свои трать как считаешь нужным. Взрослый уже. Молодец.
Его поддержка была суровой, но искренней. Он видел, как его сын-затворник превращается в кого-то другого, и, кажется, это ему нравилось.
А вот маму… чуть инфаркт не хватил:
— Тайский бокс?! Да тебя там ногами по голове бить будут! И тхэквондо! Это ж вообще… Илюша, опомнись! Ты же уже боксом занимаешься, весь в синяках ходишь! Хватит!
Пришлось её успокаивать, говорить, что экипировка надёжная, тренера профессиональные, это просто спорт. Не сказал, конечно, что моя главная арена, виртуальный лес, а навыки мне нужны, чтобы эффективнее ломать цифровых противников и однажды пережить удар медведя, который одной лапой рвёт меня на части.
В её глазах осталась тревога, но и гордость, сын стал целеустремлённым, зарабатывает, хочет развиваться. Она сдалась, тяжко вздохнув:
— Ладно… Но чтобы в больницу не попал! И… особо побитый не приходил
План принят. С понедельника новый график. Бокс, тайский бокс, тхэквондо. А между ними короткий сон и бесконечная прокачка в игре. В которую снова вернулся. Только вышел из сарая, увидел Настю. Она прислонилась к косяку, скрестив руки.
— Чего это ты такой довольный? Думаешь, какого-то парня, который одно компенсирует другим, убил, и самым крутым стал. Проблему с перчатками решил?
— Да. Смотри.
Без всякого озарения совести, я резко пнул её между ног, а следом, ударил локтем по голове. Удары не смертельные, но довольно сильные. Она ахнула, скривившись от боли, и отшатнулась. Потом активировал плёнку на руках и, одним касанием, исцелил синяк на лбу, и тупую боль внизу живота. УвУ выпрямилась, смотря на меня взглядом, полного неодобрения. Вроде и она меня постоянно бьёт, часто дерёмся, но чтобы я вот так, просто взял и ударил… видимо механика восстановления любой раны, очень сильно развращает человека.
— Всё-таки догадался… Слушай, тебе не стыдно девочку бить? Мне вообще-то 16 лет.
СКОЛЬКО, НА##Й?
— Чего глаза вылупил? Да, я недавно школу закончила. Теперь, как все говорят, «ищу себя». Родителям так и вещаю. А по факту просто развлекаюсь в игре. И лутаю на этом огромные деньги. Проблемы?
Вот смотрю на эту язвительную, смертоносную девчонку, которая только что призналась, что ей шестнадцать. А я тут с ней… Всё это время… Вроде до чего-то незаконно не доходило… Но дядя прокурор всё видит. Хотя… нет. Я могу взять её прямо сейчас, прямо здесь, и ничего мне за это не будет. Тоже самое с Аней. Игра… действительно жестокая. В интернете особо не шастал, точнее вообще полный вакуум касаемо последних новостей мира. Но даже так, слышал рассказы на кухне от мамы, где она интересуется всё ли со мной хорошо. А то по телевизору говорят, что игра опасная, нет ограничений, особенно подверженны риску женщины и дети. Очевидно правительство попытается создать тут некую полицию, которая будет отлавливать преступников сажая их в виртуальные тюрьмы. И кстати да, я забыл, нового персонажа создать нельзя. Поэтому многие покинут игру, но перед этим натворят делов. Расу можно выбрать другую, потому в реале найти будет практически невозможно. 100 тысяч рублей, вот какова цена любого греха в современном мире. Куда это приведёт? Без понятия.
На следующий день пришёл на тренировку по тайскому боксу. Это уже не подвал, как в секции бокса, а самый настоящий просторный зал, высокие потолки, зеркала во всю стену, множество рингов и инвентаря. Больше похоже на украшенный ангар. Меня встретил тренер. Азиат, сухой и жилистый, с внимательными, будто просвечивающими насквозь глазами. Представился просто: Гаоланг.
Первая же спарринг-раунд с ним всё расставил по местам. Мои удары были сильными, но неотёсанными. Стойка неустойчивой. А вот когда он пропустил мне лонг-пай в печень, я лишь крякнул и продолжил работать, в его глазах мелькнул интерес.
— Боль терпишь хорошо, — констатировал он после отмашки, без похвалы, просто как факт. — Очень хорошо.