По дороге на глаза попались ещё два храма. Один напоминал готическую кирху, только вместо крестов на шпилях красовались круги, внутрь которых были вписаны разделённые пополам треугольники. Другой представлял собой полусферу. Вокруг него медленно бродила вереница завёрнутых в белые мантии адептов. Они держали в руках длинные, толстые свечи. Головы прихожан (а может, жрецов) скрывали просторные капюшоны.
Я с интересом разглядывал квартал. Его обитатели явно считались в Илионе чем-то вроде среднего класса. Может, даже и покруче. Некоторые дома напоминали особняки, но вовсе не заброшенные, а очень даже обитаемые: во многих горел свет, перед фасадом толпились люди, виднелись припаркованные машины и глайдеры. Деревьев, правда, не было, даже чахлых и кривых. Из распахнутых окон доносилась музыка. Повсюду расхаживали вооружённые охранники.
Иногда над крышами мелькало высокое здание, у которого освещены были верхние этажи, в то время как нижняя часть небоскрёба терялась в ночной темноте. Белая надпись «Priam» была, наверное, огромной, так как легко читалась с немалого расстояния. Кажется, так звали местного мэра. Может, это здание городской ратуши?
На границе между районами, отмеченной светящейся линией, стоял маленький броневик, возле которого дежурили спецназовцы.
Квартал назывался Луксор. Когда я покинул его, городской пейзаж постепенно начал меняться, приобретая всё более постапокалиптический вид, но затем впереди показались огни Базарного квартала, которым я невольно обрадовался, словно возвращался домой. Глупо, но подсознание оно такое.
Глава 44
Перед «Красной заводью» толпились бродяги в грязных кимоно. Их голые ноги покрывали потёки и брызги, волосы выглядели сальными и спутанными. У некоторых торчали разноцветные пряди — зелёные, голубые, сиреневые. Бродяги что-то втолковывали якудзе в сандогасе, тот слушал, периодически кивая. Я узнал Кэзуки — боевика, заходившего к Теплову сделать заказ на убийцу юдзё.
Выйдя из машины, я направился к бару. Японец взглянул на меня, но тут же отвёл глаза: его дёрнул за рукав один из бродяг, привлекая внимание. Якудза мигом врезал ему по роже тыльной стороной руки. Среди оборванцев начался переполох.
Слегка ускорив шаг, я вошёл в «Красную заводь».
В баре играл джаз. Обезьяна дремала в клетке, свесив между прутьями хвост и переднюю лапу. Вокруг неё летали жирные мухи.
Я прошёл к стойке, где Сергей болтал с каким-то мужиком в кожаной куртке, утыканной шипами и стальными бляшками. Выбритый череп покрывала татуировка, в левом мясистом ухе болтались три серебряных кольца.
— Привет, — кивнул карлик, когда я сел. — Знакомьтесь: Рино Белл.
Повернув голову к соседу, я кивнул, он ответил тем же. Его квадратное лицо пересекали в разных направлениях неглубокие шрамы, выглядевшие отчасти даже живописно.
— Новичок? — спросил низким, грубым голосом Рино.
— Он самый.
— Тебя давно не было, — вмешался Сергей. — Где пропадал?
— Прошло всего ничего, — возразил я. — Ты не мог соскучиться так скоро.
Карлик ухмыльнулся.
— Смотрю, шмот сменил.
— Да, имелись дела. Город для меня новый, приходится вертеться. Заодно вот раны подлатал.
— У кого?
— Секрет фирмы.
— Неужели?
— Ага.
Карлик снова хмыкнул. Сегодня на нём был золотистый комбинезон с алой бабочкой, голову украшала плоская бархатная шапочка. Выглядел Сергей в этом прикиде нелепо, но что я понимал в местной моде? Наверное, тут это считалось шиком.
— Чувствуешь себя лучше? — спросил карлик.
— Значительно.
— Это хорошо. Потому что у меня есть для вас работа, мальчики, — с этими словами Сергей выложил на стойку фотографии. — Два заказа. Выбирайте, кто что возьмёт. Деньги предлагают хорошие за обоих.
На одном снимке была Анна, на другом — женщина постарше, но весьма красивая. Виллафрид оживился: она очень походила на его мать — даже я это заметил. А значит, скорее всего, была Изольдой. Как я и предполагал, отец моего нанимателя использовал образ супруги для создания персонажа игры — не только голос, но и внешность.
— Как это понимать? — поднял я взгляд на Сергея.
— Ты про Анну? Её взяли в плен, пока ты отсутствовал. Отправилась разобраться с одним упырём, но не сдюжила, — карлик развёл ручками. — Такое случается время от времени. Работа не сахар.