Нужды в этом нет, космос, без всяких специальных договоров, фактически, демилитаризированная зона. Лишь несколько супердержав имеет по несколько крейсеров. Это огромные и совершенно неповоротливые монстры, предназначенные для уничтожения городов на планетах или сверхкрупных объектов вроде космических станций. Грабителей здесь тоже не водится — технически невозможен абордаж чьего-то судна. При повреждении каким бы то ни было оружием, корабль просто «бах» и исчезает…
Мне нечего было сказать Сане, я пожал плечами и ответил, что пока нет внятных планов, куда лететь. Саня сказал, что был не против отдохнуть и он очень рад, что я «перестал блевать». «Беее!» — передразнил он меня. «Сыграл бы уже лучше в порнопокер… Вечно штыришься в какой-то лаже, войнушки, пиф-паф, пиф-паф. Как придурок сначала по несколько суток в игрушке сидит, а потом три дня блевать… Это игромания, Бр, тебе лечиться надо. Ведь простояли столько времени в Мане, Маса — клевая. Другой бы торчал все это время у нее дома и трахался. А этот просидел все время у компьютера, пока в натуре глаза на лоб вылезли. Ты на труп был похож, когда наигрался. Отвалился на пол и не дышал. Ты уже старый, играй уже в косынку, или ферму…»
Вот ведь, падла, добился своего — я таки отвлекся на его ворчалку и сделал неверный ход. Проиграл ему пешку, но это была пешка в нужном месте, мое умное построение разрушено. Я нажал «переходить» и отмотал свой ход.
— Ну э, ты что? — возмутился Саня, — ты че вот так и будешь задним умом давить? Я, если что, тоже могу много чего «переходить»! Давай уже по чеснаку сыграем, слабо?
— Саня, что ты гонишь, какое «по честнаку»? Ты же свои ходы сейчас с облака качаешь, за тебя стадо гроссмейстеров думает, что тут может быть честного…
— То, что у тебя нет друзей, Бр, это — твоя проблема, не моя. Да, я социален и успешен в обществе, и мне все рады помочь, поэтому могут и подсказать хороший ход… А ты — бродяга, изгой, сам за себя. Лучше б дервишем был, мы бы с тобой на танец дервиша сыграли…
— Ты крутиться не умеешь.
— Так я и проигрывать не умею, если что…
Я все-таки переходил, поставил слона по-другому. Саня лил сарказм:
— Ох, это вот ради этого мы столько спорили? Я даже качать не буду ничего ниоткуда.
И Саня вставил мне ферзя в самое куда надо. Это были двойные вилы. Мне оставалось спрятать своего ферзя и смотреть, кого он выберет съесть.
— Вообще-то ты должен уровень сложности подбирать под мое состояние. Ты же видишь, что я еще «не отошел».
— Я тебя, Бр, так лечу. Давай уже, включайся, думай.
Че тут думать, без коня-то… и с ферзем его и с ладьей у моего борта.
— Ладно, хватит, дальше уже не интересно, — промычал я, — ты выиграл, убирай игру.
— У тебя на самом деле был нормальный ход, надо было только подумать.
— Что там уже думать… Лень
— Вот именно, лень. Шахматы — как космос, тут тоже ячеечки и шаги между ними. Научишься в шахматы, научишься и в космосе всегда в правильное место попадать.
— Сань, я и так уже попал нормально.
— Куда ты попал? Ты кореша своего нашел радостного? А Черная твоя где? Уж лучше б у Масы остался, а то щас придешь в себя — бегом драчить в ванной на инстаграм. Попал он куда надо…
— Сань, сейчас выключу тебя, не сыпь, блин, соль на сахар. Нету Радости и Черной на этой доске, они в другой игре.
— Бр, все в одной игре, ты просто доску не умеешь видеть. Что ты сидишь задумчивый такой — тут не думать надо, а видеть и делать.
— Может, ты знаешь, куда лететь? Давай, говори.
— Может, и знаю. Только ты мне лавэхи свои и документы человечьи отдай тогда. Я буду человеком и капитаном, а ты пи…здуй в дом престарелых.
Я полез за пультом, чтоб вырубить этого другана. Он не унимался
— Ты еще и слушать не умеешь, поэтому и сидишь тут один в этой жопе. В потолок смотрит такой весь мудрый, как Ришелье, прямо…