— Я беседовала с твоим братом час назад, хочешь узнать, что он думает на счет этой ситуации? — Розали посмотрела на меня с вызовом.
Противная тетка какая-то. Разумеется, я кивнула в ответ.
— Он сказал, что это еще не конец. Что значат эти слова? Ты можешь мне сказать?
Сердце будто бы остановилось. «Это еще не конец» эти слова преследуют меня с одиннадцати лет. Этих слов я боюсь больше всего, и сейчас Эйдан повторил слова отца. Да, я обманывала всех, говоря, что ничего не боюсь, но этих слов… да, я боюсь, потому что отец тогда… он попытался меня изнасиловать, и я уже лежала голая в кровати матери и отца, а он нависал надо мной, поглаживая большим пальцем мое влагалище, и наверно Бог существует, и он услышал мои молитвы, как в спальню ворвался дядя, он отшвырнул от меня отца, там была драка, а я успела убежать к себе и закрыться. После этого он и забрал нас к себе.
— Понятия не имею что они значат, — смотрела я куда-то в пустоту.
Наверно она поняла, что я не настроена на разговор, а может быть наше время уже подошло к концу, потому что, посмотрев в окно, начинало темнеть.
Розали что-то записала в папке, а затем встала:
— Я позову доктора Перкинза, дам ему рецепт успокоительных и снотворных. Но я попрошу тебя приходить ко мне по четвергам, нам нужно разобраться с твоими страхами, договорились? — Розали уже подошла к двери.
— Да, разумеется, — все так же без эмоционально ответила я.
Кэти вошла, как только вышла Розали.
— Поговорила с твоим доктором, можешь одеваться, я уверила его что умею делать перевязки и прослежу, чтобы ты вовремя пила таблетки, — она улыбнулась — давай быстрей, нам еще надо заехать за пиццей, теперь я твоя няня до полного твоего выздоровления! — радостно воскликнула Кэти и захлопала в ладоши.
Кто-нибудь. Пристрелите меня.
Следующие несколько дней, вплоть до самой пятницы, мы с Кэти провели дома, как оказалось, ее мама конечно была против того, чтобы Кэти ночевала у меня, особенно после того, что со мной случилось, но милая улыбочка Кэти и фраза «Я все расскажу папочке» тут же изменило решение миссис Прокс.
Каждую ночь мне снились кошмары и, просыпаясь в поту, я ловила себя на мысли, что Эйдан стоит тут, в моей комнате и смотрит как я медленно схожу с ума. А еще я заметила за собой кое-что странное, и мне это совершенно не нравится. Я думала о Коуле, думала о том, что он делает по ночам, пока я борюсь со своими страхами, меня словно разрывает внутри, рациональная сторона твердила мне: «Мэди, этот человек подсадил твоего брата на наркоту, и из-за него ты получила очередной шрам», а иррациональная сторона наоборот: «Мэди, только подумай о том, какие у него губы, а эти ямочки на щеках при улыбке? А эти руки?» и честно сказать, я пыталась игнорировать обе стороны, потому что прекрасно знаю, что мне ничего не светит с Коулом Спенсером, ах, и еще я собираюсь закрыть его в тюрьме, но опять-таки, с другой стороны, он в буквальном смысле спас мне жизнь, пока я медленно задыхалась от дымовой шашки.
Кэти еще спала, а я лежала на животе, потому что шрам на спине вновь дал о себе знать, я могу спать в сутки по четыре-пять часов, именно столько действует обезболивающее, а принимать больше прописанной дозы равняется передозировкой.
Поэтому я, встав с кровати, насколько можно аккуратно приняла душ и сидела на кухне, куря сигарету и попивая быстрорастворимое кофе. Из гробовой тишины в доме меня отвлек вибрирующий телефон, лежавший на столе.
«Уже встала?» — гласила смс-ка с незнакомого номера.
«Кто это?» — незамедлительно написала я.
Ответ пришел примерно через минуту:
«Тот, кто однажды спас тебя. Есть разговор. Я у твоего дома».
Коул.
Откуда мать его у него мой номер?
Сердце забилось быстро, но переборов секундное влечение к Коулу Спенсеру, я, докурив сигарету, подошла к двери и открыла ее.
Кепка козырьком назад, выбившиеся черные кудряшки из-под нее, кожаная расстегнутая куртка, а под ней белая майка. На ногах темные джинсы и черные кеды.
— Может, ты перестанешь меня рассматривать? — с сарказмом сказал Коул.
Черт. Я пялилась на него. Черт. Черт. Черт.
— Что тебе нужно? — нахмурилась я.
А теперь Коул пялился на меня. Еще бы, ведь я стояла, внимание: в короткой майке на тонких бретельках, без лифчика, да и еще в супермини кротких шортах.
— Выглядишь потрясно, — он улыбнулся, оценивающе.
Я демонстративно закатила глаза.
— Что тебе нужно, Коул? — повторила я вопрос.
— Деньги, — улыбнулся он, — твой брат вновь попал. На этот раз серьезно.
— О чем ты? — я скрестила руки на груди.