— Прошу, садитесь, — миссис Брук указала нам на большой диван, который стоял прямо напротив ее огромного стола.
Олли стоял рядом с ней, что-то записывая в свой маленький блокнотик.
— Что произошло? — первой заговорила я.
— Это я хочу спросить тебя, Мэдисон, — миссис Брук посмотрела на меня, а я тем временем перевела взгляд на Олли.
— Твой брат… написал заявление на тебя, — Олли вздохнул, — он обвиняет тебя в покушении на убийство.
Меня словно ошпарило кипятком. И знаете, в первые секунды ты не шевелишься, пока не почувствуешь боли, зато потом… да, меня в буквальном смысле понесло совсем не в ту степь.
— ЧТО? — от услышанных слов я даже встала с дивана.
— После того как… ты прострелила ему колено, он написал заявление и говорил, что ты была не в себе, — начал Олли, но тут уже встрял Коул.
— Да это же полный бред! Она не делала этого! Ублюдок.
— Мистер Спенсер, вам напомнить, где вы находитесь? — миссис Брук грозно посмотрела на него.
Ну конечно, как не выругаться в кабинете директора.
— Олли! Ну ты ведь веришь мне? Ты же знаешь, что я не делала этого, — я старалась говорить спокойно.
— Я верю, верю, Мэдисон… но я все равно… должен тебя арестовать, — он сказал это с явным отвращением к самому себе.
Поверить не могу, меня арестовывают, за то, чего я не делала!
— Это я, я прострелил ему колено! Даже этого ему мало! Вы знаете, что он сделал с ней? Вы знаете, от чего я её спас? — Коул был в ярости.
— Молчи! — приказала ему я, не хватало чтобы ещё директриса и Олли узнали о том, что произошло ночью. Мне нужно разобраться в этом самой.
— Ладно, — я помотала головой, — надевай на меня свои наручники, вези, — я протянула ему руки, ожидая, когда он мне наденет наручники.
— Это ни к чему, мы просто поговорим там, а затем, ты поедешь домой, ничего с тобой не произойдет, я обещаю, — Олли подошел ко мне и протянул руку.
— Я поеду с ней, и нет, Мэди, это даже не обсуждается, — как только я посмотрела на Коула, в сердце что-то екнуло.
Не знаю, что это было, но черт его дери, он меняется на глазах. Обо мне никто так не заботился.
Стоило ли говорить о том, что, когда мы вышли из кабинета директора, раздался звонок и сотни учеников видели, как меня ведет коп. Да здравствует новая порция слухов о Мэдисон Уайт!
В участок мы приехали примерно через сорок минут, и все это время Олли говорил Коулу о том, что нет необходимости быть со мной, но Спенсер стоял на своем, он сказал Олли, что лично позаботится о том, чтобы я добралась до дома и больше не влипла в неприятности.
— Расскажи, как всё было, — сказал Олли, когда мы сели в каком-то маленьком кабинете, с зеркальным окном, было понятно, что за этим окном стоят копы и Коул.
— Что ты хочешь от меня услышать? Как Эйдан в очередной раз был под наркотой, и его дружки чуть не изнасиловали меня? Ты это хочешь услышать? — злость просто кипела во мне — очевидно одно, чтобы он ни сделал, его вытащат из тюрьмы.
— Я делаю, что могу, — начал оправдываться Олли, — и я понимаю, какого тебе, почему ты мне просто не позвонила?
— Прости! Я не знала, что когда я зайду домой, меня будут ждать девять человек! В этот момент я звонила Коулу, всё, он услышал разговор, понял, что, что-то не так и приехал, и знаешь, жаль, что он его не убил, — я улыбнулась, — но я не позволю тебе посадить его, потому что он защищал меня! Он единственный, кто смог меня защитить! Даже вы, работая копами ни черта не делаете!
— Мэди, я бы попросил…
— Что, Олли? Скажи мне, что делать? Что я могу сделать против своего брата? Может, ты сейчас его снова заберешь в тюрьму? А через две недели его выпустят под залог? А может, ты его пожалеешь? Ну как же, бедный Эйдан с простреленным коленом, надо же! Только почему обо мне никто не заботится? Почему каждый чёртов раз я должна терпеть его выходки? Знаешь, если бы меня поимели девять человек, я бы сейчас не сидела тут перед тобой, я бы просто сдохла от такой невыносимой боли и стыда, я бы не смогла жить! Понимаешь?
— Мэдисон, поверь мне, я не меньше тебя хочу его посадить, но нужно… нужно веское доказательство, чтобы его загрести в тюрьму.
— Веское доказательство? Ты серьезно?! — ударив кулаком по столу, в кабинет тут же ворвался охранник.
— Всё в порядке, — махнул рукой Олли, — Да, потому что мы не смогли тогда найти наркотиков, а в этот раз на тебе нет и следа изнасилования.
— А шрама во всю спину тебе недостаточно?
— Я… я стараюсь, и я обещаю, что посажу его надолго, возможно на пожизненно.
— Если к этому моменту я сама не убью его, уж поверь, ты узнаешь это первым.
Я выдохнула, и поставив локти на стол, начала усердно массировать виски. Голова раскалывалась.