3 глава
Сделав тёмный «смоки айс», собрав свои волосы, длина которых была до поясницы, в высокий конский хвост, и надев джинсовые шорты с серебристой майкой с блестками и не забыв про свои любимые белые высокие конверсы и серый кардиган, который висел на крючке в прихожей, я села в машину и поехала за Кэти.
Как же я люблю ночной город. Было начало одиннадцатого, а улицы уже погружались во тьму. Ашвилл сбрасывает с себя дневную серость и надевает мой любимый черный цвет, на фоне которого ярко светится в дали крошечный огонек. Ночь — моя стихия, эти огни, подсвеченные дома, яркая луна — это что-то зачарованное, мистическое. Бесконечность огней заполняют темноту, здесь и горящие неоновым светом названия различных магазинов и кафе, свет от фар автомобилей, и мне хочется находиться как можно чаще в этом маленьком темном мире, где есть только я, сигарета и этот запах ночи.
Город без людей… есть только ты. Понимаю, что это невозможно, городу нужны люди. И люди есть, правда они очень разные, совсем не похожи друг на друга, хотя, впрочем, есть нечто, что объединяет их, делает одинаковыми.
Кто-то из них сейчас прогуливается по ночным улицам, перепрыгивая через лужи, ведь совсем недавно прошел дождь, но было по-прежнему тепло и даже немного душновато. Свет фонарей и витрин отражается теперь еще и в зеркале луж. Асфальт перестал быть черным — вся световая гамма разливается по дорогам, дорогам по которым ходят люди… Вот опершись на перила стоит компания молодых парней и девушек, они весело смеются, шутят. Им, наверное, интересно быть вместе, а может скорее они, просто хотят спрятаться здесь от одиночества… Пройдя немного дальше, можно увидеть еще одну такую компанию, дальше еще… Мимо них быстрым шагом проходят люди постарше, видно торопятся домой. Для них улица перестала быть интересной, их согревает тепло родного дома, тишина родной комнаты, где можно просто посидеть наедине с самим собою. Кто-то из них сейчас смотрит телевизор, кто-то на кухне пьет чай, кто-то читает книгу…
Из моих раздумий меня отвлек звонок телефона.
— Да? — нахмурившись, ответила я, номер был мне незнаком.
— Мэдисон Уайт? — спросил приятный мужской голос.
— Кто это? — пропустив его вопрос мимо ушей, я ответила вопросом на вопрос.
— Твой брат задолжал нам крупную сумму денег, у него есть три недели, чтобы полностью закрыть долг, иначе будет очень, очень плохо, Мэдисон.
«Черт», — прошипела я.
— Сколько он вам должен? — грубо спросила я.
— Пять тысяч долларов, когда он работал у нас курьером, пропала партия… некоторых препаратов, — он рассмеялся.
— Знаете что?! Разбирайтесь с Эйданом сами! И перестаньте мне звонить! Это не мои проблемы!
Нажав «отбой», я швырнула телефон на пассажирское сиденье и нервно закурила сигарету. Я была уже у дома Кэти, она запрыгнула в машину, горя счастьем.
— Мэди? — она потрясла меня за плечо, так как я даже не отреагировала на нее, находясь в своих мыслях. Пять штук баксов… боже. Это никогда не кончится.
— Да, прости, просто задумалась, — я повернулась к ней и только сейчас заметила, что на ней было черное платье без бретелек, высокие черные туфли на каблуке и черный макияж. В буквальном смысле. Даже помада была черная.
— Не нашла подходящее платье, прости, — я выдохнула.
— Ты выглядишь настолько сексуально, что даже я готова…
— Не продолжай, — я рассмеялась.
Смех заполнил мою машину, и, вывернув на проезжую часть, мы направились прямиком в пучину веселья, алкоголя и красивых парней.
Говорить Кэти о звонке, который был несколько минут назад, я не стала, не хочу портить ей настроение.
Оставив машину на парковке у бара, мы с Кэти зашли внутрь, и нас встретил запах сигаретного дыма, темное помещение и песня группы Hollywood Undead — Another Level. Моя слабость — рок. Здесь всегда так атмосферно, но в этот вторник было очень много народу, что сразу показалось мне странным, протиснувшись к бару между девушками, которые откровенно целовались у всех на глазах, а также между парнями, которые уже что-то приняли, так как они с большим интересом смотрели в потолок, и было такое ощущение, что вместо флуоресцентных светильников на потолке, было реально что-то другое.