Я закрыла лицо, по крайней мере попыталась, но её подружки быстро схватили меня за руки, и Кэролайн начала бить меня сильно, удар в нос, удар в глаз, в бровь, в губу, в висок.
От каждого удара я взвизгивала, пыталась встать, но было бесполезно.
— Я думала ты получила урок, тварь, но теперь твоя жизнь будет адом, и я тебе это устрою! — Кэролайн была в истерике, кто-то начал пинать меня по позвоночнику, по почкам, кто-то пнул в живот, отчего я согнулась от невыносимой боли, ботинок Кэролайн появился у меня прямо перед глазами, а затем глухой удар.
— Прекратите! — молила Кэти, стоя со слезами на глазах.
Она пыталась пройти ко мне, пыталась спасти, пыталась остановить всё, но это шоу нравилось всем, ведь всегда забавно смотреть на то, как унижают изгоев, не так ли? Всем смешно, все скандируют «Ещё, ещё».
Кэролайн говорила про что-то типа «Больше не подходи к моему парню».
Но ведь я знала, что Коул не встречался с ней. Он был со мной. Он был моим парнем. Он только что признался мне в любви! Неужели… неужели только для того чтобы быть ближе к моему отцу? Нет, тоже не вариант… хотя всё может быть, но Коул не стал бы так делать, не стал предавать мои чувства к нему, теперь, когда он знает, что я его люблю, а я знаю, что он любит меня, всё стало по-другому, всё стало на своих места. Мы вместе. Но Кэролайн говорит так серьезно и правдоподобно… со слезами на глазах, ужасной истерикой, которая была бы у любой девушки, узнав об измене, причем вот так публично. Нет, здесь что-то не так! Определенно! Слезы душили меня изнутри, но я пыталась не показывать их, зачем? Выкрики становились все тише, а удары больнее, теперь каждая часть моего тела реагировала на очередной удар, как на удар током.
Удар в живот.
Удар по почкам.
Удар по позвоночнику.
Удар ногой по лицу.
Темнота.
«Просто смотри на меня» — в темноте я расслышала голос.
Вокруг была темнота, но я всё прекрасно видела сквозь неё. Я ничего не чувствовала, ни боли, ни страха, абсолютная пустота.
«Просто смотри на меня» — повторял голос.
Я смотрела прямо в глаза, в свои же глаза. Передо мной стояла я.
— Мэди, посмотри на себя, — сказала «я» проводя в воздухе рукой, — ты не была такой слабой.
— Я не слабая.
— Коул твоя слабость, — «я» мило улыбнулась, — и я понимаю! Он хорош, но тебе никогда не быть с ним, просто потому что ты не достойна его, думаешь, он хочет быть с той, которая ноет при каждом удобном случае? Хочет ли он после такого позора быть с тобой? Он же использует тебя ради своей выгоды, ты ведь это знаешь, тогда почему идешь у него на поводу?
— Он не делает ничего такого за моей спиной, — я скрестила руки на груди, — и он встречается со мной не ради своей выгоды.
— О боже! Это из-за того что он признался тебе в любви? Ведь ты ему поверила, да? Глупая, глупая девочка.
— Нет! Заткнись! Заткнись! — кричала я, — он никогда так со мной не поступит!
«Детка, будь со мной» — голос Коула доносился откуда-то далеко, так далеко, что его едва было слышно, но я расслышала сквозь свой крик.
— Поверь мне! Он поступает так с каждой! Ты не единственная жертва, — «я» говорила это так спокойно, что это меня раздражало.
«Давай же!» — кричал кто-то другой, это был уже не голос Коула.
Постепенно тьма сменялась серостью, затем чисто белым светом, а затем ярко желтым.
Перед глазами светила слишком ярко огромная больничная лампа.
Тело болело и ныло одновременно, на лице была кислородная маска, а на шее корсет. Первого, кого я увидела был Коул. Он держал меня за руку и что-то говорил себе под нос, как будто бы рассказывал мне какую-то сказку, приборы тихо пикали, и запах больницы проник в мои ноздри. Я пошевелилась. Резко подняв голову, Коул облегченно улыбнулся.
— Она очнулась! — крикнул он так громко, что голова в буквальном смысле начала раскалываться на две части.
— Не шевелись, не говори, ничего не делай пожалуйста, сейчас придет врач и осмотрит тебя, — Коул погладил мой лоб, отчего я поморщилась.
Воспоминания волной накрыли меня, и та злость снова возвращалась ко мне, я была у него не одна… оказывается его девушкой является мисс «я-дам-кому-угодно-за-дозу» Кэролайн. Я одёрнула свою руку из его руки, он напрягся.
— Я знаю, в чем дело, — сказал он, отстраняясь от меня.
— И что ты здесь делаешь тогда? Иди к своей девушке, ведь она не очень обрадовалась, узнав, что ты ей изменяешь со мной, — мой голос был тихим, но уверенным.
— Она не моя девушка, Мэди, — вздохнул Коул, — всё очень сложно! Но поверь мне, ты единственная, кто у меня есть, и ты являешься моей девушкой.
На самом-то деле, как-то слабо верится в это.
— Давай, пожалуйста, без вранья, окей? Скажи мне, Коул, она говорила правду? Про то, что она — твоя девушка, а не я. Я пойму тебя. Тебе нужно оказаться ближе к моим отцу и брату, а лучший способ для этого — я. Но ты же знаешь, что я правда тебя люблю и что ты своим уходом причинишь мне немалую боль, — я шептала, потому что не могла большего.
— Нет, она говорила неправду. Я ведь действительно люблю тебя. Неужели ты не поняла этого ещё?
— Я уже совсем не знаю, как оценивать твои действия, ведь не знаю врёшь ты или нет. Может быть, это всё была фикция для твоей мести.
— Нет, это не так. Мэди, — он хотел взять меня за руку, но я её отдёрнула.
— Не прикасайся ко мне, — я говорила твёрдо, хоть и с трудом.
— Да как ты так можешь?! Я признался тебе в любви, я обещал тебя защищать до конца жизни. Мне кажется, ты бы всё равно мне не начала верить, даже если бы я замуж тебя позвал, — он повышал голос с каждым словом, а я чувствовала себя беспомощно, ведь могла только шептать.
Мне стало очень обидно, что человек, которого я так люблю может так реагировать на мои сомнения даже в сложившейся ситуации.
— Уходи, — я смотрела ему прямо в глаза.
— Что? — он растерялся, — ты совсем с ума сошла?
— Просто уйди, пожалуйста.
Он долго смотрел на меня, а затем развернулся и ушёл. От него осталась только тишина.
Закусив до боли губу, я старалась справиться со своими эмоциями, но было до такой степени трудно, что я просто начала кричать во всё горло.
Я орала так, будто бы меня живьём резали, я била кулаками себя, била всё то, что попадется под руку лежа в кровати, я не хотела испытывать эту адскую, душераздирающую боль, теперь, когда Коул получил полный доступ к моему отцу и брату, и мы больше не вместе, в этом мире мне делать нечего, не такой исход событий я хотела, совсем не такой, но как говорится, «Жизнь не предсказуема», вот поэтому, наверно я сейчас иду к окну, чтобы просто забыть всех и вся.
Открыв окно, и встав на подоконник босыми ногами, я мысленно попрощалась с Кэти, Джорданом, Эрлом и Максвеллом, в надежде что они меня простят за этот низкий поступок, я знаю, что это не выход, но справиться с этим я не в состоянии…
— Знаешь что, Мэди? Это ни хрена не правильно! Твоя манипуляция людьми меня когда-нибудь добьет! И мне плевать, что ты там себе на придумывала! — голос Коула раздался из-за спины, а затем он замолк, — Что ты делаешь?
— Не хочу доставлять никому проблем, прости малыш, — прошептала я и закрыла глаза.