Глаза Макса горели злобой и, смотря на меня, он как будто пытался просверлить во мне дыру.
— Я никуда, чёрт возьми, еще не лезу! Просто хочу знать, что происходит с моим парнем! — повысив голос, я тут же пожалела об этом.
— Ну так спроси его об этом! Чего ты меня достаешь с утра такими тупыми вопросами?
От услышанного я оцепенела, Макс никогда так со мной не разговаривал.
— Мэди! — Хейзел спустилась со второго этажа и встала напротив нас, — все в порядке?
— Да, всё в порядке, — ответил за меня Макс.
Минуту спустя мы сидели в машине, и настроение Хейзел было просто на высоте, она без умолку говорила о дизайне моего дома, как хотела отреставрировать старый камин, сделать винтовую лестницу и напичкать мой дом всеми возможными сигнализациями и камерами.
На что я либо качала головой, либо едва улыбалась, на разговор я не была настроена.
— Кстати, ты в курсе, что сегодня ребята захотели устроить вечеринку? В вашем баре, — она усмехнулась, — это идея Коула на самом деле, и вижу по твоему лицу, что ты была не в курсе.
Именно. Коул ничего не сказал мне о какой-то вечеринке.
Подъехав в больницу, я попросила Хейзел подождать меня в машине, ведь я не собиралась задерживаться здесь. И как только я зашла внутрь, меня тут же встретила молодая девушка лет двадцати пяти.
— Мэдисон Уайт полагаю? — она улыбнулась и взяла со стойки папку, — следуйте за мной.
Я молча кивнула и пошла за ней, настраивая себя на то, что сейчас мне снова будут читать лекцию о том, что мне нужно побыть в больнице, и чтобы за моим здоровьем ещё понаблюдали, вот только в этом я не нуждалась.
Дойдя до кабинета с надписью «Гинеколог», я не на шутку насторожилась.
— Мне нужно осмотреть вас, в вашем положении вы должны часто наблюдаться у врачей.
— Послушайте, эту фразу я слышу не в первый раз, — раздевшись, я легла на кресло, — со мной всё в порядке, синяки заживут и царапины тоже.
— Конечно, — она улыбнулась, — но на вашего ребенка это может плохо повлиять…
Подняв спину, я смотрела на нее как на идиотку, которая сморозила чушь.
— Что? — спросила я.
Ни сказав мне ни слова, она закончила осмотр, попросила одеться и сесть на стул.
— Вы беременны, — сказала она, — срок пять недель.
Беременна. Я беременна, мать вашу.
— Этого не может быть… я же пила таблетки…
Конечно пила, но пропустила целых четыре таблетки.
— Чёрт, — прошептала я и закрыла руками лицо.
Я любила Коула и возможно в будущем хотела подарить ему ребенка, возможно даже и не одного, но сейчас я точно не была готова к этому…
— Вот таблетки, которые вам нужно пить на протяжении всей беременности, и пожалуйста — она посмотрела на меня понимающим взглядом, — завязывайте с алкоголем и сигаретами, ваше здоровье оставляет желать лучшего, но хотя бы ради ребенка постарайтесь.
Руки онемели. Да что там руки, моё тело сковало страхом и холодом одновременно. Я не дышала, не моргала, не шевелилась, лишь держала свою ладонь на своем еще плоском животе.
«Беременна» — Для меня сейчас это звучит как приговор. Приговор о смерти? Или приговор для новой и счастливой жизни? Я не знаю, у меня слишком смешанные чувства на данный момент, и в голове я прокручиваю своё состояние здоровья. Была ли задержка? Конечно была, но это я списывала на стресс и всю сложившуюся ситуацию в целом, но никак не могла подумать о том, что во мне уже пять недель существует новая жизнь. Тошнота? Головокружение? Да это было, и я снова списывала это на драки и на истощение.
Мы не говорили с Коулом о детях, просто потому что мы сами еще дети, дети, которые способны на убийство. Этого ли я хочу для своего ребенка? Чтобы его родители были убийцами? Тем самым поставив ему клеймо на всю его жизнь. Что скажут остальные? Будут ли они меня осуждать за это? Ведь мне всего семнадцать… хотя до дня рождения осталось меньше месяца, Рождество совсем скоро… так скоро, что я кажется выпала из жизни и не заметила, как теплый осенний воздух сменился на холодный пронизывающий до костей зимний воздух.
— Сколько стоит аборт? — тихо спросила я.
Я знала, что это величайший грех, но находясь в таком положении, не имея ничего за своими плечами, я не могла просто так родить ребенка и оставить его на произвол судьбы.
Миловидная девушка, на табличке которой было написано «Мисс Гранд», посмотрела на меня и нахмурилась.
— Послушайте, — она выдохнула и облокотилась локтями на стол, — в вашем случае делать аборт опасно…
— Я спрашиваю, сколько стоит эта процедура? — я пыталась сдержать слезы из своих глаз.