— Расценки вы сможете узнать у стойки регистрации.
Я встала, взяв рецепт, который она мне выписала.
— В вашем случае, шанс забеременеть после аборта будет равен нулю.
Я обернулась и молча смотрела на неё.
— Есть патологии… нервное истощение организма, проблемы с психикой, — она подошла ко мне, — прошу вас, подумайте ещё раз, прежде чем идти на такой необдуманный поступок, многие мечтают о детях, но у них ничего не выходит, как бы они не старались.
— Хорошо, — это всё, что смогла выговорить я и кинулась в машину к Хейзел.
— Чёрт, чёрт, чёрт, — говорила я себе под нос, спускаясь с лесенок.
Конечно, никто не собирался держать меня в больнице, ведь все мои вещи забрал Коул, я догадывалась что он заплатил медсестрам и доктору чтобы меня не держали в больнице, и чтобы я была перед его глазами каждую секунду, ведь он, как никто другой, беспокоился о моей безопасности.
— Мэди, у тебя всё хорошо? Выглядишь слишком бледной, — Хейзел нахмурилась.
— Всё в порядке, — отчеканила я.
Я перебираю в мыслях наши с Коулом отношения, разве их можно назвать взрослыми и нормальными? Конечно, нет. Готов ли он к тому, чтобы стать отцом? Не знаю, но что-то мне подсказывает, что он действительно не готов брать на себя ответственность за маленького человечка.
Приехав в магазин, Хейзел начала с обоев. Она рассматривала, комментировала, консультировалась с продавцами, но не обращала на меня внимания, да этому я была, если честно, рада, мне не хотелось выбирать ни обои, ни мебель, ни рамочки для фотографий, которые Хейзел хотела поставить на камин. Я была абсолютно опустошена и подавлена происходящим, внезапно у меня закружилась голова, и я успела облокотиться о стену, прежде чем рухнуть на пол, но все же рухнула, ударившись плечом.
— Господи! — закричала женщина, проходящая мимо меня как раз в тот момент, когда у меня начались рвотные позывы.
— Кто-нибудь, дайте воды! — крикнула она, а Хейзел упала рядом со мной на колени и только и делала, что гладила меня по спине, пока все не вышло из моего желудка.
— Ничего, всё хорошо, — тут же подбежал менеджер с тряпкой и начал затирать остатки моей пищи со вчерашнего дня.
— Вызовите скорую! — крикнул кто-то, толпа вокруг меня нарастала с каждой секундой, и взгляды были полны сожаления и тревоги.
— Не нужно скорой, — сказала я, жадно глотая воду из бутылки, которую дала мне Хейзел.
— Какой срок? — тихо спросила меня Хейзел, когда помогла встать с пола, тут же мне поставили стул, на который я бессильно рухнула.
— Я не… — но тут я остановилась. А стоит ли скрывать свою беременность от матери моего парня? Я знаю, что она отреагирует на это совершенно адекватно, и более того даже поддержит, и я ей верю и доверяю всю себя, — пять недель, — прошептала я, закрывая уже заплаканное лицо руками.
Она поняла. Хейзел поняла, что я беременна, но как?
Как только я посмотрела на нее и хотела задать вопрос, она улыбнулась и погладила меня по голове, а затем ответила:
— Я мама двоих детей, забыла? И все твои перепады настроения, твое состояние, чрезмерный аппетит, все это мне знакомо, и еще врач сказал мне о твоей беременности.
— И ты молчала? — спросила я.
— Послушай, это же твоя жизнь и твой ребенок, и я не хочу лезть в твою жизнь со своими советами, поэтому ждала, пока ты сама мне скажешь об этом, и Коулу я ничего не сказала, и не скажу, потому что это ваши отношения, а мнение сына для меня очень важно, поэтому ты сама ему скажешь обо всем, и чем раньше, тем лучше, — она вздохнула, — я договорюсь о домашнем обучении, в твоем состоянии в школе находиться небезопасно, зная какие люди там обитают, поэтому ты закончишь школу дома и будешь готовиться стать мамой, и параллельно мы будем обустраивать твой дом, для малыша нужно всё самое лучшее, и уж поверь мне, мы с Рональдом не скупые и для внука или внучки сделаем всё, что в наших силах, только пожалуйста, сохрани его, — она положила свою руку на мой живот, — ты не представляешь какого это, — быть мамой, это великое счастье, и ты достойна быть ею, ведь я же рядом и всегда помогу тебе.
После таких слов во мне загорелась надежда. Надежда на долгую и счастливую жизнь для меня, Коула и нашего ребенка.
— А теперь, мы поедем и поедим, потому что для ребенка нужно питание, что-что, а контролировать это я буду, зная, как ты питаешься, — она по-доброму сказала эти слова, — идем, у меня есть одно место на примете, там делают лучшие в мире овощи на пару.
Пока мы наслаждались приемом пищи в каком-то очень красивом ресторане, который был в стиле семнадцатого века, я все набирала и набирала номер Коула, хотела встретиться с ним и объявить о новом статусе.