волшебством, казалось, это самое замечательное время суток, она манила россыпью миллионов звезд, а зимой тишиной и огромными хлопьями снега, а также свежим холодным воздухом. А сейчас я не знаю кто я, где мое место в обществе, да и вообще, чего достигла? Ночь давит на самое больное, давит своим одиночеством, больше нет никакого волшебства, на его место пришла суровая реальность. Я даже не заметила, как уснула, и открыла глаза только тогда, когда Макс открывал дверь в дом. — Извини, — прошептал он, — ты так крепко спала, что я не смог тебя разбудить, поэтому пришлось нести тебя домой, — он улыбнулся уголком рта, — ты в порядке? — Да, — ответила я, вздыхая, — можешь поставить меня на ноги? Он улыбнулся, поставив меня на ноги, а затем закрыл за нами дверь. В доме было темно и тихо. Все уже давно спали, а я думала о том, где сейчас находится Коул и все ли с ним в порядке? Да, я должна ненавидеть его за это, презирать и стараться забыть, но это невозможно, хотя я стараюсь обманывать себя и говорю, что всё образуется. Поднявшись в спальню, я поняла, Коула конечно же не было, хотя его сладковатый запах витал в воздухе, словно он вышел отсюда несколько минут назад. Это было сложно, очень сложно… быть здесь, чувствовать его запах, спать на его кровати… С этими мыслями я ушла в душ и уже через десять минут чувствовала себя немного лучше, возможно горячая вода помогла мне расслабить тело, но не мою душу. Одевшись в пижаму и расчесав волосы, я понимала, что уснуть сейчас я не смогу, поэтому пошла прямиком к Максу, к единственному человеку, общество которого я по какой-то странной причине могла терпеть. Даже с лучшей подругой Кэти я не хотела находиться сейчас. Тихонько постучав, я открыла дверь и застала Макса уже лежащим в кровати и копающимся в своем телефоне. — Что-то случилось? — он поднялся на локтях, и в свете луны я увидела его обнаженную упругую грудь. Вау. Скажите, а у всех красивых и крутых парней такая охренительно шикарная грудь? — Предложение о кино всё ещё в силе? — смутившись спросила я. — Разумеется, только сделаю попкорн, — он улыбнулся и пригласил меня жестом войти в комнату. Комната была маленькой, но очень уютной, огромная кровать почти занимала всё пространство, на стене висела огромнейшая плазма, а в углу стоял зеркальный шкаф-купе. Я проснулась от громких криков в комнате. Видимо, я уснула во время просмотра фильма. Подняв голову, я не поняла, мерещится мне или нет. Передо мной стоял Коул и яростно смотрел на Макса. — Что она здесь делает? Какое ты вообще имеешь право приближаться к ней? — А какое ты имеешь право стоять тут и возмущаться? — Макс говорил спокойно, но по глазам и сжатой челюсти было видно, что он еле держится. — Это мой дом! И моя девушка! — Больше нет, вы расстались, помнишь? Ты по-свински бросил её. — Мэди, выходи отсюда! — Идиот, она спит, — Макс повернулся ко мне. — Уже нет, но ничего страшного. Что тебе нужно, Коул? — я старалась говорить твёрдо, чтобы не было понятно, что я готова кричать от боли. — Вообще-то я пришёл поговорить с Максвеллом о том, что было на треке, но обнаружил тут тебя, дорогая, — сейчас он жутко напоминал отца. На секунду перед глазами встали моменты из детства. По спине пробежали мурашки. — Будешь называть так свою новую девушку, — едко выплюнула я. -Давай без драм, окей? Ты не должна тут находиться! -А ты не должен закидываться наркотой и чуть ли не трахаться с Кэролайн перед моим носом! — голос дрожал, но я кричала. -Это не то, что ты думаешь! Детка, идем со мной, — Коул смотрел на меня отчаянным взглядом, по которому было понятно, что он нуждается во мне. — Нет! Нет! Нет! — я вплотную подошла к нему и начала колотить его по мускулистой груди, — ты — эгоист, ты — ничтожество, и я тебя ненавижу! Всеми фибрами своей души я просто ненавижу тебя Коул! — рычала я сквозь слезы. — Мэди, тебе нельзя… — Макс подошел сзади и взял меня за плечо. — Мне плевать, понятно?! Я больше не могу это выносить! Я не могу, мать твою! Я не могу смотреть на тебя Коул, я не могу находиться рядом с тобой! — Я не уйду! — взревел он. — Уходи, Коул, — в дверях появился глава семейства, — не нужно тебе быть здесь. На этом наш разговор был окончен. Но даже такой короткий диалог с человеком, которого я любила и возможно ещё люблю, дал мне понять, что я так больше не выдержу. Нужно разобраться со всем этим и уехать. Уехать так далеко, что никто и никогда не напомнит мне о всех ужасах моих первых семнадцать лет. Продам дом и уеду. Так больше продолжаться не может. Во время моих размышлений Макс пытался достучаться до меня, звал по имени. Я очнулась и захотела поговорить с женщиной, которая сейчас занимается ремонтом моего дома. Нужно было её остановить.