СТАРЫЙ ДРУГ
Вот уже тридцать минут я сидел в парке на деревянной, слегка мокрой, после короткого, грибного дождя скамейке и наблюдал, как из бара напротив с огромным энтузиазмом пытаются выгнать пьяного мужчину. Одет он был в дряхлый свитер, потертые и изрядно поношенные брюки.
Евгений Гниломедов, мой школьный друг, что же с ним сделало стадное чувство? В школьные годы у него от девчонок отбоя не было. Отличник, шедший на золотую медаль, так еще и спортсмен. ,,А сейчас он яростно пытается выпить”,- в своей голове думал Павел Эдуардович.
Ему было крайне неприятно видеть своего друга в таком образе, и он продолжил сидеть на лавочке. Чуть погодя Евгений заметил старого друга и, поспешно подбежав, сказал:
- Пашка, ты ли это? Мой школьный друг? Сколько лет, сколько зим! Пашка, а у тебя не найдется ста рублей. Так сказать, выручишь старого друга.
Павел Эдуардович протянул по жалобной просьбе старого друга сто рублей и положил в его судорожно трясущую руку.
- Эх, Женька. Одумайся, друг мой! Ты ли это? Тебе равных в нашем классе не было, самый умный, да ещё и спортсмен, а сейчас ты у меня, троечника, на бутылку клянчишь. Завязывал бы ты с этим! От тебя Катька ушла из-за долгов… Она и дочку твою, Соню, сейчас одна воспитывает, а ты тут последние деньги пропиваешь, и так уже в этом баре вечный должник. Одумайся!
- Да знаешь что, Пашка, - далеко не трезвым голосом сказал Евгений. Ты как был глупым со школьной скамьи, таким и остался! Не суй свой нос в мою прекрасную, холостую жизнь. А Катька со своей нагулянной дочкой пусть идет на все четыре стороны.
- Какой же нагулянной? Совсем уж обезумел? Катька тебя больше жизни любила, пока ты ее избивать в пьяном угаре не начал. И дочка твоя! Сам же ее на руках из Род дома нес, и улыбка у тебя с лица не сползала. А сейчас язык поворачивается такое сказать.
- Ой, Пашка, - опять судорожно повторил Евгений. У меня прекрасная жизнь, полная красок и впечатлений, а ты со своей правильностью хоть раз пил? Нет! Тебе меня не понять, Пашка. Так что иди-ка ты отсюда, пока окончательно меня своими правильными разговорами не уморил.
Павел Эдуардович, встав со скамейки и поправив пальто, презренно посмотрел в глаза Гниломедова и пошел по аллее парка.
Что ж это получается? Труд из обезьяны, человека делает, а алкоголь из человека обезьяну?..
Автор приостановил выкладку новых эпизодов