Продолжить движение Никина не успел. Хлёстко раздался выстрел, и его тело откинуло тяжёлой пулей. Снова адская смесь боли и лютой стужи, на этот раз в правом боку и, размытое движение в его сторону мужика с саблей.
***
Кашлянув, он пришёл в сознание и сразу вскочил. Побоку ещё не отступившую боль, но… Все противники лежат в отлючке, кто жив, кто нет, пока непонятно, но хрен с саблей не добежал до него буквально шаг.
Головы Никите рубить ещё не приходилось, но тут не до человеколюбия. Подобрать саблю, приноровиться и нанести удар. А дальше удержать рвотный позыв и, дойдя до следующего, обезглавить его.
Прыгун очнулся и, тряся головой, начал подниматься. В помощь процессу удар ноги в кадык, и снова взмах сабли.
***
Обезглавив всех пятерых, Смолин прихватил ружьё и практически рухнул спиной к стене. Его колбасило не по-детски, руки тряслись, вывернутый рвотой желудок подсасывал, а фантомные боль от попадания пули в бок — это вообще сказка.
Кое-как отдышавшись, он наконец осмотрелся. Ему явно повезло, что на него не бежит толпа домочадцев с вилами, топорами и ведром керосина. А ещё больше повезло, что у двух одарённых, что он тут лишил жизни, не было такого посмертного выброса, как у него. Иначе не факт, что он справился бы со всеми.
Окончательно успокоиться в такой ситуации не смог бы никто, поэтому лишь восстановив дыхание, он подбежал к трупу главного и, осмотрев тело, нашёл заткнутый за брючный ремень револьвер с пятидюймовым стволом.
— Отлично! — невольно обрадовался он и, откинув барабан, увидел пять зарядов со стеклянными капсюлями. Шестая камора была пустой.
Ощупав карманы пальто «царька», он нашёл ещё десять патронов и перешёл к трупу прыгуна. У того тоже был револьвер, только патронов оказалось гораздо больше, и находились они не только в карманах тулупа, но и в перекинутой через плечо дорожной суме.
Подготовив короткоствольное оружие, Смолин решился на осмотр дома. Вскрыв ножом раму выходящего во внутренний двор окна, он сразу успокоился.
Дом оказался нежилой, и в нём царили разруха и запустение. Из плюсов были вещи и деньги и немного продуктов ныне покойного комитета по торжественным встречам, из минусов — тут было гораздо теплей, а значит большая вероятность, что это другая страна.
Где находился сам дом, было непонятно. Дороги к нему видно не было, везде лежал снег. Вывод, это укромное место использовал прыгун, зарабатывая прокачкой богатеньких клиентов. Если он работал один, то это было хорошо, а если от «фирмы», то не очень, но главное сейчас было не в этом, а в том, что дрожью по телу пошла волна обновления, и это нужно было пережить в спокойной обстановке.
Привалившись спиной к стене, он прикрыл глаза, получая пакет образов со своими новыми возможностями.
Прыгун был телепортёром, по крайней мере мог мгновенно собираться в точке, которую видел хоть раз в жизни, если в ней не произошло глобальных изменений. От него передалось много картинок этих мест, но где это и что там, было совершенно неизвестно. А вот богатый с саблей был явно коллекционер, и развитых даров у него было целых три. Первый — магия льда. Второй, Никита бы назвал это трансфигуратор, но на Флее это дар называли Преобразующим. Он мог одни металлы изменять в другие, жидкости в жидкости, камни в камни, а газы в газы. Это был основной источник его богатства, только тщательно скрываемый. Третий дар у него был пространственный. Применений этого дара было немного, это портальные переходы, пространственные сдвиги больших объёмов и площадей. Этот одарённый мог разрушить любой город, сдвинуть вершины гор, но не мог точечно смахнуть голову стоящему напротив врагу, не разрушив всего, что видел за ним. Если речь шла о создании пространственного хранилища, то да, пожалуйста, но выглядеть это будет как пространственная складка, в которую нужно заходить, ну или запускать кинетическую руку. Не очень удобно, но лучше чем ничего.
Взирая на полученные дары, Никита ощущал, что теперь очень крут, но больше всего радовало его другое. Он теперь мог вернуться домой.
Как его там встретят — это серьёзный вопрос, явно дело дойдёт до чекистов но, как ни крути, а лучше уж вернуться туда, чем жить тут в этом своеобразном, но очень суровом мире. Собрав с собой сувениры, он представил место лагеря у «древней пещеры» и, увидев мерцающую плёнку перехода, смело шагнул в него.
***
В лагере было шумно, и, несмотря на всю мистичность места, шахту начали разрабатывать.
Его появление не осталось незамеченным, и десятки людей уставились на него.
Кто-то потянулся к рации, и через минуту к нему рысцой двинулась группа охранников.