***
К каравану он присоединился чуть позже. Обобрал гоблов, переоделся в одежду попроще, спрятал оружие и только тогда открыл портальный переход для себя и телепортацией нагнал последние кибитки.
Всё бы ничего, но светящиеся глазки светодиодов камер наблюдения явно зафиксировали его появление, а это было совсем нехорошо. Оставалось надеяться, что наблюдатели пялятся на лица девчонок, а они идут значительно дальше к началу каравана.
***
Как и предполагал Смолин, ночью за ворота их никто не пустил, поэтому ночевали при свете прожекторов. Это, конечно, напрягало, но не настолько, чтоб совсем не спать, тем более, что от ночного дежурства его освободили.
***
Шибко поспать не получилось, ворота открывали рано, так что суета в караване тоже постепенно нарастала. Многие хотели в туалет, а тут, под светом прожекторов и взглядом видеокамер, справлять нужду было позорно. Впрочем, бараки для караванов находились недалеко, и туалетных кабинок там хватало.
— Ну вот, осталось сдать продукцию и получить расчёт. — Довольно проговорил Дош.
— А по магазинам? — удивлённо спросил Смолин.
— Это само собой, не пустыми же возвращаться?
— И чем тут платят? — поинтересовался морпех.
— Ну, нам на счёт зачислят средства.
— А на руки?
— На руки нет, не получается. Мы только цифры кодов товаров можем передать купцу, а на руки получим всё по возвращению в посёлок.
— Понятно. — тут же скис Никита, впрочем, ему ведь никто не мешает самому договариваться? Гвоздей у него много, щебень вдоль дороги тоже в наличии, останется только сделать вид папуаса, готового платить золотом за стеклянные бусы.
***
Товар приобретали прямо на месте стоянки и забирали его вместе со стазис-ларями. Процедура была не так чтоб долгой, но учёт и расчёт съели около трёх часов времени. Дальше был поход в торговый комплекс, и тут действительно всё было неоднозначно.
Стальной прокат, нарезка по три метра, стекло, хрусталь, блочные луки и арбалеты с оптическим прицелом, рулоны ткани и полиэтилена, ручной инструмент, зеркала и товары для охоты и рыбалки. Из армейской экипировки много оптики, форма, обувь, носимые аварийные запасы и, к удивлению Никиты, короткоствольное оружие. Около него он и застрял с открытым ртом.
— Нравится? — поинтересовался у него продавец.
— Внешне неплохо. — ответил он.
— Ты явно шутишь. Это легендарная машинка для убийства на дистанции до семидесяти шагов. Дальше просто трудно попасть, да и не стреляют в лесу дальше, деревья обзор перекроют.
— А если не в лесу?
— А не в лесу зависит только от твоего умения стрелять, но на сто — сто пятьдесят шагов по стоячей мишени… Легко!
— А чем стреляет, и всё такое, а то я прочитать не могу.
— Пистолет идёт в кейсе, и в нём зарядное устройство для батареи, гибкая зарядная панель, три аккумулятора и четыре магазина, в каждый из которых можно зарядить тридцать игл. С одной батареи сто двадцать выстрелов. Ты представляешь, сколько врагов можно убить с одной батареи?
— Десяток, не больше. — оптимистично проговорил Никита.
— Ну, вообще, да, вижу, соображаешь, что никто не будет неподвижно ждать, пока в него прилетит.
— С этим ладно, а что за иглы?
— Иглы… Вот смотри.
Продавец высыпал на прилавок пяток металлических стрелок. Сразу было видно, что они с калёным сердечником, сечением чуть больше миллиметра, а дальше шло четырёхгранное свинцовое или цинковое тело, в сечении очень напоминающее штык от винтовки Мосина.
— Думаю, что хрень полнейшая, и чтоб такой штукой кого успокоить, то нужно хорошо постараться. Скорее всего, это оружие не армейское.
— Угадал. Если стрелять в тело, то убить непросто, но ведь есть голова. — уже без энтузиазма проговорил продавец.
— На адреналине в голову, да в парня с синим амулетом. — выказал сомнение Никита.
— Это вводные к задаче для пулемёта. — скривив на мгновение лицо, ответил продавец.
— А вот этот? — Никита показал на более привычного вида пистолет.
— Этот тоже неплох. Двенадцать выстрелов в обойме, никаких батарей, и пуля девять с половиной миллиметров. Стреляет точно шагов на сорок, сорок пять, и, если попал, то весьма ощутимо. Патроны к нему разные, в основном рассчитаны на создание интенсивной кровопотери.
— И сколько стоит он сам, и сколько стоит к нему выстрел?
***
Торговались они долго, но за обрезок трёхсотмиллиметрового гвоздя из платины Никита унёс два пистолета и четыре тысячи выстрелов к ним. Бонусом шли кобуры из какой-то прессованной синтетики. Оружие по-любому лишним быть не может, тем более, что оплата за него всего пятнадцать минут работы с даром.