Забрав карту, Никита оценил нижние девяносто уходящего лейтенанта и посмотрел на няньку.
— Ты парень, конечно, крепкий, — дождавшись, когда лейтенант исчезнет с палубы ангара, проговорил Зуз. — Но ты тут не у себя в лесу, и звать тебя — полный ноль. Твоя задача не с нашими бабами флиртовать, а слушать, что тебе говорят и очень быстро всё выполнять. Понял?
— Нет. Присягу я ещё не принимал, уставы не читал, и приказа меня просвещать для тебя не слышал. Хочешь показать, что ты тут крутой мужик, давай выйдем один на один.
Громко рассмеявшись, солдат вытер слезу.
— Подраться, конечно, можно, но… Ты в курсе, что тебя за это сразу пристрелят, и труп выкинут в космос? И ещё… Контракт подписал? Подписал. Значит, теперь терпи молча.
— Считай, что я испугался, Зуз. У тебя приказ показать мне, где тут у вас что. — со спокойствием постигшего дзен человека проговорил Никита.
— Э, олени северных пустошей. Вы ещё тут долго будете меряться ветвистостью своих рогов? — поинтересовалась снова появившаяся в лётном ангаре лейтенант. — Зуз, соскучился по нарядам?
— Никак нет! Доброволец плохо понимает новые реалии, и я пытаюсь достучатся до зачатков его сознания, терра лейтенант.
— Я вижу, что ты нашёл собрата по разуму. Шагом марш к старшине, доложишь, что у тебя наряд. — сдвинув брови, проговорила лейтенант.
— Есть! — недовольно буркнул Зуз и, перейдя на лёгкий бег, удалился.
— Смолин! — прикрикнула дама.
— Я!.. — с улыбкой отозвался Никита.
— За мной. — проговорила офицер и, развернувшись, вышла в коридор. Пришлось и Никите ускориться, чтоб не потерять её из виду.
Коридор был длинный как струна и имел прямоугольную форму. От него в стороны отходили автоматические раздвижные двери.
Пройдя метров шестьдесят, по правую руку появились несколько дверей, и лейтенант начала рассказ.
— Две первых двери в начале модуля — туалеты, мужской и женский. Обозначение на дверях схематическое. Треугольник платьем — женский, треугольник плечами вверх — мужской. Следующая дверь — столовая, но тебя в составе команды нет, поэтому выдадим сухие пайки и воду в бутылках. По этой же причине других гигиенических процедур в виде душа тоже не будет, запас воды лимитирован, и душ для нас роскошь.
— Совсем не моетесь? — поинтересовался землянин.
— Моемся, но хотелось бы чаще. Впрочем, как только мы встретим боевой корабль, тебя передадим уже туда.
— Понятно.
— Пойдём, выдам тебе пайки и воду, пока ты тут ещё кого на поединок не вызвал.
— Спасибо за заботу. — тепло проговорил Никита.
Хмыкнув, лейтенант пошла в столовую.
***
Столовая не впечатляла. Четыре длинных стола, стулья, в стене пара окошек, светящийся дисплей, и на этом всё интересное заканчивается.
Его подвели к встроенному шкафу. Открыв дверь, лейтенант присела и достала из коробки пару упаковок.
— Паёк на сегодня. — проговорила она и, открыв другую дверцу шкафа, выдала ему бутылку воды.
— Спасибо. — поблагодарил её Никита.
— Ещё какие-то вопросы, просьбы, пожелания?
— Мне нужно научиться читать и писать. Если кто поможет, в долгу не останусь.
— Исцеляющий амулет. — выставила цену лейтенант.
— Этого, увы, нет. — остудил её аппетиты землянин. Наделать этих амулетов он мог сколько угодно, но платить за мелочи такой ценой — обойдутся.
— А на стазис? — поинтересовалась лейтенант, и Никита понял, почему в отношении своего солдата она поступила строго, а с ним прям душка.
Он залез в карман штанов и достал ромбик алмаза в половину ногтя мизинца размерами.
— Вот. Я знаю, имперцы ценят такие камни. — проговорил он, прикидываясь, что не знает, что отдаёт.
— Ого!.. — невольно воскликнула офицер, но тут же осеклась. — Язык в школе учат двенадцать лет. Могу написать тебе, как какая буква пишется, но без излишней грамматики. Устроит?
— Ну, хоть так.
— Тогда через пару часов приму второй челнок и подойду. В кабину пилотов и в деревянные ящики не лезь, а то за тысячу лет не расплатишься. Понял? — оживлённо проговорила она.
Никита кивнул.
— Тогда иди.
***
Время тянулось долго, а Никита к тому же сожалел, что не взял ни блокнот, ни ручку, и это было плохо. Светить перед лейтенантом электронные гаджеты было нельзя, так что, действительно, расчёт был только на собственную память.
Чтоб не свихнуться от скуки, он помаленьку выуживал из пространственного кармана камушки, которые силой дара преобразовывал в алмазы или изумруды, опираясь в выборе исключительно на размер, мелкие на алмазы, крупные в изумруды. Время когда позволит, он накатает из них шарики, а там уже можно будет пропитать их эфиром с рунами, раз уж тут это особая валюта.