— И что дальше? — поинтересовался он у девушки.
— Проходите в душевую кабину. Все остальные данные вам сообщат отдельно.
Вылезал он из капсулы, немного кряхтя. Тело не особо спешило слушаться, и до душевой кабинки он дошёл на полусогнутых ногах с элементами неких подпрыгиваний. Со стороны это должно было смотреться угарно, но ему самому было не особо смешно.
Скося взгляд на свою задницу, он увидел многочисленные следы уколов и задался вопросом, а сколько он проторчал в капсуле?
За прошедшее время он явно сбросил вес и нагулял аппетит, но и это было не главным. Он чувствовал себя вымотанным, и ему до жути хотелось спать.
Струи воды приятным потоком обволакивали тело. Голова была пуста, а веки наливались тяжестью.
Усилием воли Никита заставил себя покинуть душ, в зеркале которого отражался вид уставшего человека, с обросшим недельной щетиной лицом.
***
Получив на руки карту и наставление, он поднялся на лифте на минус второй этаж.
Здесь, за загородкой из дерева и стекла, находился информационный центр. Протянув в одно из окошек свою карточку, он приготовился ждать, наблюдая за мимикой оператора.
Оператор тоже была женщиной, которая не стеснялась делать удивлённый вид, бросая периодически взгляд с монитора на него.
Комментировать вслух его успехи она не стала, ну а он был вымучен до такой степени, что о том, чтоб «распустить хвост» перед симпатичной особью противоположного пола, даже не подумал.
Наконец принтер выплюнул распечатку, и оператор положила её перед ним.
— Ваше предписание и идентификационная карта. — мило проговорила она.
— Спасибо, а на словах можно?
— На словах вы через двое суток должны прибыть в космопорт на челнок. Там предстоит перелёт на корабль приписки, а пока можете отдохнуть, ну или оттянуться. — улыбнулась она. — В распечатке посмотрите время отправления и номер челнока.
— Так у меня должно время аренды комнаты закончиться.
— Не волнуйтесь, комната сохранена за вами до времени вашего отбытия.
— Прекрасно. Спасибо, что просветили. — постарался улыбнуться он.
— Я Тиления, и после шести я свободна. — неожиданно проговорила она.
— Заглядывайте на огонёк, у меня есть кое-что с родной планеты, думаю вам понравится.
— Заинтриговали, обязательно загляну. — ответила она, и Никита поковылял к лифту, чертыхаясь от того, что выглядит идиотом, но последствия уколов, мать их, делали его движения до жути комичными.
К лифту он подошёл не один, точно такой же каракатицей до него докатилась ещё одна дама в форме лейтенант-инженера.
Нажав кнопку вызова, она посмотрела на внешний вид Никиты и ловким движением вырвала у него из руки лист предписания.
— Э?! — возмутился не ожидающий этого землянин.
— Почему одеты не по форме? — прошипела она.
— Так не было возможности получить. Меня сразу привезли сюда. — начал оправдываться он и осёкся. Какого собственно хрена она на него шипит? Хотела доковылять до номера без свидетелей?
— Что за чушь тут написана? Я пять лет в училище шла до этой ступени, а тебя только призвали, и уже первая ступень инженера?
— Память у меня хорошая. С одного просмотра всё запоминаю. — пояснил он.
— Графики сонастройки двигателей с первого раза? Не верю!
— Ваше право. Будьте любезны. — Никита взглядом указал на свою бумагу.
— Подождёшь. — недовольно буркнула она и продолжила читать.
Двери лифта распахнулись, и она указала ему рукой, чтоб заходил первым, а когда он проковылял мимо, то ладонью хлопнула его по заднице в место уколов.
— Ё-о! — вскрикнул он.
— Это за то, что пялился на мою задницу. — проговорила лейтенант-инженер, возвращая бумагу. Ей нужно было на пятый этаж, и именно эту кнопку она и нажала.
В сути она была права, не пялиться на задницу забавно ковыляющей бабы было невозможно. И пусть сил у тебя только доползти до кровати, но глаза, один хрен, прилипают к… К точке притяжения.
***
Добравшись до номера, Смолин рухнул на кровать, и только тогда кинетикой забрался в свой пространственный склад в поисках амулетов. Кинетический щуп быстро нашёл всю их связку, из которой он и выбрал нужный.
Спустя пару минут в голове уже прояснилось, и он сообразил, что в вещах не было амулета переводчика. Пока он был в капсуле, кто-то прибрал его. Бежать и требовать вернуть было глупо, опись вещей никто не производил, так что доказать что-либо было уже невозможно. Единственно, что было хорошо, что имперский язык он вроде бы как уже усвоил, и острой нужды в наличии украшения на шее теперь не испытывал.