Уже подходя к двери, Смолин чуть не захлебнулся слюной от одуряющего аромата пищи.
« Это я удачно зашёл». — промелькнула в сознании мысль.
***
Заказав поесть, Никита примостился за столом и невольно прислушался к разговорам окружающих его людей.
-… Я ему говорю, что стёкла мутноваты, а он руками разводит и говорит, что свои запасы линз у него закончились, а новые шлифовать нечем. Чем уж он их шлифует, не знаю, но пару лет назад подзорные трубы у него были ещё ого-го, а сейчас одно расстройство.
— С чего расстройство? У других производителей качество ещё хуже, так что это мы с тобой прогадали. Нужно было тогда брать, а не ждать, когда свои ремесленники разберутся, как что делать, и сделают дешевле.
— Прошу прощения, — не утерпел Никита. — Вы же про подзорные трубы говорите?
— Верно. — отозвался сосед по столу.
— Я давно хотел себе трубу прикупить, не подскажете, где этот мастер живёт, о котором вы сейчас говорили?
— В Кеэлгир. — ответил один из мужчин.
— В столице. — одновременно проговорил второй. — Рур его фамилия.
— Спасибо.
— Если хочешь, я тебе его трубу продам. У меня есть лишняя. — тут же подсуетился мужчина.
— А дорого? — спросил Никита.
— Брал за семьдесят кубов серебром, но хотелось бы и заработать.
— Восемьдесят? — спросил Никита.
— Девяносто.
— Семьдесят восемь?
***
Торговались они недолго и сошлись на восьмидесяти одном серебряном кубе. Мужчина убежал в свою комнату за подзорной трубой, а Никита принялся подготавливать серебро к оплате.
***
Заперевшись в снятой комнате, Никита с предыханием осмотрел купленный оптический прибор. Сплав меди с серебром на небольшом корпусе, гравировка со звёздами на небосводе, ну и сборка с винтами и резьбовыми соединениями. Изделие в мире земли больше походило по размеру на детскую игрушку, но тут оно явно превосходило уровнем общий ремесленный уровень, что он уже видел. Захотелось оказаться в столице и поговорить с мастером. Что-то ему подсказывало, что в нём он найдёт родственную душу. Вот только где она, эта столица?
Линзы трубы и впрямь были мутноваты, мастер явно испытывал трудности с полирующими материалами, но именно этой проблемы у землянина и не было.
Будучи один в комнате, он свободно достал из хранилища алмаз, кинетикой перетёр его в пыль и, подхватив той же кинетикой немножечко получившейся пыли в считанные секунды отполировал линзы до идеального состояния.
Обратную установку линз он производил тоже кинетикой.
***
Собрав подзорную трубу, Никита распахнул окно и испытал оптический прибор. Кратность была в районе десяти-двенадцати, но этому обществу больше и не нужно, да и ожидать от такого небольшого изделия чего-то большего было глупо.
Приняв горизонтальное положение, а сытная еда очень этому способствовала, он задумался, смогут ли они, чисто гипотетически, с мастером Руром быть друг другу полезными? Если он инопланетянин, то скорее всего да. Смолину была нужна информация и легенда, откуда у него деньги, Руру, скорее всего, алмазная пыль. В принципе, Никита мог делать и линзы из горного хрусталя, ведь именно из него получается необходимый для производства оптического стекла песок, вот только насколько хватит его терпения клепать эти линзы? Впрочем, вечно скакать по мирозданию он тоже не будет, инстинкты требуют найти любимую женщину и создать семью, так что, нужно приобретать и усидчивость, вливаться в общество, тем более, что тут вроде как народ живёт вполне вольно.
Кинуться бы сейчас искать карту, но он же даже название страны не знает… Печаль. Хотя…
Снова достав бинокль и воспользовавшись порталом, Смолин начал осматривать округу и соизмерять размеры городов. Часа полтора поисков, и он нашёл то, что могло претендовать на звание столицы окрестных земель. Этот город находился практически у истока этой реки.
Телепортироваться бы туда, но только в кармане практически пусто, а значит придётся подзадержаться.
***
На рассвете третьего дня он появился на одной из улочек столицы.
За эти дни он значительно изменил свой внешний вид, и теперь у него на поясе висела не только батарея метательных ножей в широком подсумке, но и подсумок под пару пеналов под деньги, медь и серебро, на сто шестьдесят кубиков каждый. Практически все люди среднего достатка ходили именно с двумя пеналами, и только купцы могли позволить себе не только иметь на поясе восемь пеналов, но и длина этих пеналов была в два раза больше.