На глаза то и дело попадались скелеты, в том числе явно человеческие. На многих виднелись истлевшие тряпки. Иногда навстречу фургону с клёкотом проносились стайки небольших существ, напоминавших летучих мышей.
Наконец, я выехал на набережную. Кое-где ещё торчали остатки чугунной ограды, местами громоздились зачем-то сваленные друг на друга раскуроченные тачки. Перевёрнутый вверх суставчатыми ногами шагающий танк походил на огромного дохлого жука, которому пробили брюхо и вытащили через образовавшуюся брешь внутренности. Звёзды над районом сияли на удивление ярко. Мне даже удалось найти Большую медведицу. И, хотя было ясно, что это лишь загруженная в игру карта неба, я засмотрелся и чуть не врезался в валявшийся на дороге ржавый мотоцикл — в последний момент успел вывернуть руль.
Всплывшее сообщение поздравило меня с открытием городского района:
Достижение: Открытие новой локации.
Опыт: 15 %
Пятнадцать очков за то, что я припёрся в район, разрушенный лет семьдесят назад во время бомбёжки — так утверждала инфосправка.
Около четверти часа я ехал по указанному навигатором маршруту, любуясь картинами разрухи и запустения, пока, наконец, не затормозил возле старого кинотеатра. На нём виднелись покосившиеся буквы «Ve…uS», сложенные их обнажённых женских тел. На всякий случай я решил их запомнить. Отвалившаяся буква, которая была когда-то на месте пропуска, не лежала на земле, а отсутствовала вовсе.
Глава 60
Я завёл фургон под арку, чтобы не бросался в глаза, выпустил радостно выскочившую из кузова Ехидну и направился к большим двустворчатым дверям, однако не успел я подняться по выщербленным ступеням монументального крыльца, как из кинотеатра вышла женщина в облегающем золотистом комбинезоне, самым выгодным образом подчёркивавшем её физические достоинства. Особенно те, которые я на глаз определил как пятый размер. В руке женщина держала предмет, напоминавший соединённые на манер звезды стальные полумесяцы. Я, конечно, сразу понял, что это оружие.
— Зря ты явился сюда, охотник! — произнесла звонким голосом женщина. — В Гроте похоронили многих из вас, а теперь и ты присоединишься к мертвецам, — высунувшийся язык быстро облизнул полные губы. — Но не раньше, чем отдашь свою кровь.
Без лишних слов она взмахнула рукой, и ко мне устремилось сверкающее колесо смерти. Полумесяцы вращались с огромной скоростью, напоминая диск циркулярной пилы, только с длинными, загнутыми, как восточные кинжалы, зубьями. Я поставил блок — единственное, что я успел сделать, — но страшное оружие всё равно выбило из меня пять очков. Бумерангом оно вернулось к хозяйке, оставляя за собой светящийся шлейф. Женщина мгновенно отправила его обратно. Я упал на ступени, и оружие со свистом пронеслось надо мной. Пришлось перевернуться на спину, чтобы видеть траекторию его полёта. Диск устремился назад, но под таким углом, что стало совершенно ясно: острия сейчас вопьются мне в грудь! Мысленно я приказал Ехидне поймать жуткий бумеранг, но, стоило мутанту прыгнуть, женщина сбила его метким выстрелом из пистолета. Мой сателлит перекувырнулся в воздухе и шлёпнулся на ступени. Следующая пуля досталась мне. Плечо взорвалось от боли. Бронекомбез погасил большую часть урона, но пять очков всё-таки улетели.
— Меня прислала Изольда! — наконец, выкрикнул я, надеясь, что это остановит нападение.
Мне не хотелось вступать в бой, ведь, вероятно, эта женщина была не врагом, а союзником.
Она ловко поймала своё летающее оружие и опустила пистолет.
— Подойди-ка поближе. И без шуток!
Я медленно поднялся по ступеням, следя за женщиной: она ведь могла просто пытаться усыпить мою бдительность, чтобы снова напасть. Ехидна понуро следовала за мной. В боку у неё что-то клокотало и булькало. Мутант явно нуждался в лечении.
— Так-так, — задумчиво произнесла женщина, когда я остановился перед ней, чтобы она могла меня рассмотреть. — Значит, Изольда потеряла не всё. Один уцелел.
Женщина была очень красива и молода. Она словно сошла с рекламного плаката, честное слово. Но, когда она холодно улыбнулась, я заметил, что её клыки были чуть длиннее остальных зубов. Значит, вампирша. Что ж, ожидаемо. Кто ещё мог быть в приятелях у моей мамаши? Разве что человеческие прислужники носферату, но зачем бы они стали селиться в таком районе, как Грот?
— Добро пожаловать, Улисс, — проговорила женщина. — Я — сестра Изольды. И получается, вроде как, твоя тётка.
О, значит, не приятельница, а родственница! Выходило, мои мысли о её груди носили почти инцестуальный характер. Будь я действительно племянником этой роскошной вампирши, я бы, наверное, устыдился.
Мы зашли в кинотеатр. Здесь стояли разбитые кофе-автоматы, и висели старые, выцветшие постеры. Вдоль стен располагались диваны, обитые дырявой и растрескавшейся красной искусственной кожей. Справа виднелся разгромленный буфет. Почему-то моё внимание привлекли прозрачные шары, в которых когда-то продавали жвачку. Надо было опустить монету, провернуть ручку до щелчка и подставить ладонь под выпавшее из клапана лакомство.
— Меня зовут Кирка, — сообщила через плечо женщина, шествуя впереди меня.
Задница у неё была что надо, и талия тоже. Светлые волосы струились вдоль позвоночника, ноги казались стройными и мускулистыми. В общем, этакая… «Брунгильда», — неожиданно подсказал Виллафрид. Спасибо, умник, скройся обратно.
Из двери впереди вышел мужчина среднего роста, очень худой и прямой, в наглухо застёгнутом синем френче и с обритой головой. Вокруг левого предплечья был обмотан тонкий ярко-красный хлыст.
— Госпожа, — обратился он к Кирке, — это тот, которого мы ждали?
— Неужели иначе он бы здесь оказался? — ответила женщина. — И погляди на его лицо. Вылитый Улисс, сын моей сестры.
— Меня зовут Немо, — зачем-то сообщил я.
Кирка издала смешок.
— Неужели? Забавно. Ну, да, впрочем, как скажешь. Следуй за мной, если собираешься задержаться тут.
Мы втроём вышли на пожарную лестницу и поднялись на второй этаж, где обнаружилась роскошно убранная комната: резная мебель, мраморные статуи (вот они-то тут нафига?!), толстые ковры с геометрическими узорами, пёстрые гобелены на стенах, хрустальные люстры, канделябры, огромные экраны в стенных нишах и куча всевозможных безделушек, расставленных буквально повсюду. В больших напольных вазах красовались настоящие, ароматно пахнувшие цветы. Интересно, где Кирка их раздобыла.
— Неплохо вы тут устроились, — заметил я, озираясь. — Мародёрствовали? Сколько домов обнесли?
Женщина упала на диван и закинула ногу на ногу. Страшное оружие отправилось на «римский» столик с мозаичной поверхностью.
— Много, — сказала она, ничуть не смутившись. — И не только здесь, в Гроте. Многое из того, что ты видишь, досталось нам из Дворцового района.
— Там местная элита живёт, да?
Вампирша фыркнула.
— Элита! Ляпнешь тоже!
— А что?
— Раньше элитой был тот, кто на лимузине рассекал и вот такие люстры в каждой комнате вешал, включая сортиры, — женщина указала на хрусталь, свисавший с потолка, — а теперь элита — тот, у кого охраны больше и решётки на окнах крепче.
Я кивнул с умным видом. Интересно, какой мне толк от этой парочки, кроме предоставленного на день убежища? И кто они — боты или игровые? Не то чтобы это имело принципиальное значение, и всё же…
— Ты просто красавчик, — заметила Кирка, смерив меня взглядом, и показала на софу, стоявшую возле маленького мраморного фонтана. — Садись. Похоже, я тебя слегка ранила. Впрочем, ты приехал уже побитым. Где досталось?
Я решил, что едва ли её впечатлит рассказ об убийстве Кримхильды — хоть та и принадлежала к другому клану, у вампиров наверняка было чувство солидарности — по крайней мере, по отношению к тем, кто их убивал.