— Может быть.
— Никто не проверял, что ли?
— Думаю, некоторые проверяли. Но лично я с ними не знаком.
— А слухи? Слухи, как известно, достоверней фактов.
— Неужели?
— Отражают суть вещей.
— Говорят, регулярно нарушающие второй Завет не умирают, но, в конце концов, отправляются в некое подобие ада. Ну, или камеру пыток.
— Да, едва ли находится много желающих экспериментировать.
— Вот именно.
— Хотя куда удивительней, что вообще есть желающие в этого «Полночного рыцаря» играть.
— Вы, например.
Я хотел ответить, что у меня свои обстоятельства, но не стал. Какая Сефлаксу разница?
— А то, что мы сейчас это обсуждаем, не нарушает Завет?
— Нет, нисколько. Главное — сохранять общую канву легенды.
— То есть, например, делать вид, что мы с Киркой родственники? Как того требует сюжет.
— Вроде того. К тому же, за качественный отыгрыш легенды начисляются бонусы — по итогам дня.
— Значит, не только кнут, но и пряник. Понятно. Спасибо, что просветил.
— Не за что.
Мы помолчали. Ладно, пора возвращаться к экипировке. Изучение сеттинга это, конечно, хорошо, но были дела и более насущные.
— Мне нужен новый дрон-разведчик. Моего прежнего сожрал лестригон.
— Да, эти твари неразборчивы в еде, — с лёгким сожалением ответил Сефлакс. — Генетические уродцы, если позволите заметить. Что с них взять? Клан Эрманарих отказался от выведения и использования подобных несовершенных существ. По мнению наших старейшин, лестригоны своим видом и поведением оскорбляют саму природу вампиров. Но не все так разборчивы, разумеется.
— Да, нибелунги просто моральные уроды, — легко согласился я. — Как по мне, так людям надо бы их истреблять, а не вас, эстетов.
Носферату ничем не показал, понял ли он мой сарказм, но уверен, он от него не укрылся. Сефлакс взял со стола и протянул мне дрона.
— Сателлит-модуль уже встроен. Пятнадцать кредитов.
— Беру.
— Как угодно.
Расставшись с деньгами, я убрал робота в рюкзак.
Кредиты: 606
— Какова вероятность, что нибелунги найдут меня здесь?
— Ну, они наверняка явятся проверить, не тут ли вы. Всё-таки, госпожа Кирка — сестра вашей… матери. Но обыск, конечно, устраивать не станут.
Я вспомнил сверкающий диск Кирки. Да, незваных гостей в Гроте не жаловали.
— Ваше лицо знакомо нибелунгам, — продолжил Сефлакс. — Они поймут, что вы — клон Улисса. Так же, как это поняла госпожа. И, поскольку создавать клонов можно лишь в научных целях, они догадаются, что вы — результат экспериментов клана Эрманарих по созданию дампира, а не плод сентиментальности госпожи Изольды, соскучившейся по сыну.
— И захотят заполучить меня?
— Полагаю, это очевидно из сообщения, которое мы просмотрели.
— Да, они готовы заплатить за меня живого.
Сефлакс кивнул.
— Нельзя ли изменить внешность? — спросил я с надеждой.
— Это сильно упростило бы жизнь, да?
— А то!
— К сожалению, нельзя. Вносить небольшие корректировки вроде цвета глаз, длины волос, оттенка кожи доступно вступившим в клан, но переделать себя полностью невозможно.
— Ясно. Блин!
— А теперь давайте загрузим ваше животное в автолазарет и займёмся гардеробом. У госпожи Кирки богатая коллекция мужской кожаной одежды, раз уж вы, как я вижу, предпочитаете этот стиль.
Судя по интонации, вампир моих пристрастий не разделял. Ну, и чёрт с ним. В крёстные мне его детям всё равно не звать. Если, конечно, они у меня вообще появятся.
Интересно, откуда у тёти «богатая коллекция» мужских шмоток. Осталась от мужа? А где он сам? Временно отсутствовал или Кирка была вдовой? Вопросы роились в моей голове, пока я шагал за Сефлаксом, но требовались мне на них ответы?
За исцеление Ехидны с моего счёта снялись 25 кредитов. Вот меркантильный упырь! Мог бы племянничку своей ненаглядной госпожи и бесплатно услужить.
Кредиты: 581
Сефлакс отвёл меня в комнату, забитую шмотками. Не знаю, сколько у тётки было одежды, и зачем она её собирала, но при взгляде на это изобилие создавалось впечатление, будто она грабанула пару домов мод или склад с вещами «коллекций прошлых лет».
— Вот мужская, — Сефлакс указал на огромный шкаф с раздвижными дверями.
Я выбрал куртку из шкуры рысогоргоны с жёстким воротником и крупными заклёпками, штаны с накладными карманами и перчатки из тонкой кожи. Обувь не менял, потому что с ней всё было в порядке.
— Вот это.
— Прекрасный выбор, — равнодушно кивнул дворецкий.
Сефлакс предлагает обмен. Согласиться / Отказаться
Конечно, я выбрал первое, и шмотки стали моими. Я тут же переоделся.
— Нельзя ли заодно прокачать инвентарь? — спросил я с надеждой.
Сефлакс покачал бритой головой.
— Увы, нет.
— Что так?
— У меня нет своего станка. Это очень дорого. Станками обладают владельцы магазинов-мастерских. Да и те берут их в аренду у Инженеров.
— А автолазарет у тебя, значит, есть.
— И собрать его было непросто.
Без дальнейших объяснений вампир отвёл меня в комнату, где нас дожидалась Кирка.
Глава 62
— Совсем другое дело, — одобрительно проговорила она, окинув меня придирчивым взглядом. — Надеюсь, ты останешься надолго. Здесь несколько одиноко, несмотря на присутствие Сефлакса, если ты понимаешь, о чём я, — последняя фраза подкреплялась красноречивой улыбкой. — Давай я покажу тебе оранжерею, — Кирка поднялась и грациозно потянулась, из-за чего комбинезон ещё сильнее обтянул её соблазнительные формы. — Мы живём здесь, потому что ВампХантеры не любят Грот. В этих руинах слишком много неожиданностей.
— Каких?
— Например, мутанты, проникшие некогда из-за стены и расплодившиеся тут. Их пытались одно время истреблять, но это оказалось бесполезно: под Гротом существует разветвлённая сеть канализационных тоннелей, связанных с разрушенным метро, так что мутанты просто скрывались там на время чисток, а затем снова выползали на поверхность. Ты не встретил кого-нибудь из них по пути сюда?
— Нет.
— Повезло. Иногда попадаются настоящие уроды. Притом здоровенные. Сефлакс любит поохотиться на них для развлечения или ради частей тел. Потом мастерит из добытого артефакты или продаёт. Кстати, в подвале кинотеатра собралась нехилая коллекция из останков и трофеев.
— Уверен, это упоительное зрелище.
— Не то слово, дорогой.
Кирка взяла меня под локоть и увлекла за собой. Мы прошли через комнаты на пожарную лестницу и поднялись на последний этаж. Лифта в кинотеатре, похоже, не было, или он не работал.
— В тоннелях живут и другие мутанты, — продолжала просвещать меня Кирка. — Те, которые прежде были людьми. Изгои, редко выбирающиеся на поверхность. Думаю, их не любят даже больше, чем чудовищ. Но если ты не предвзят, то можешь использовать этот класс для прокачки: брать у них задания и всё такое.
— Учту.
— Учти, милый. В нашем мире брезговать кем-то или чем-то значит совершать большую ошибку. Не все это понимают — ну, а нам только на руку. Верно?
— Ага.
Кирка с её циничным, прагматичным подходом нравилась мне куда больше озабоченной Изольды. На месте Тристана из двух сестёр я выбрал бы её.
Часть крыши была снята, и вместо неё устроена стеклянная панорама. Вдоль стен виднелись разношёрстные обогреватели, собранные, похоже, со всего района. Пахло удобрениями, но не очень сильно.
— Увлажнители выбрасывают облака брызг строго по часам, — сообщила Кирка, шагая между рядами цветов. — Было нелегко устроить всё это. Пришлось прочитать столько книг.
Её лицо преобразилось. Холодная насмешливость сменилась выражением почти детского умиления. Так девочки смотрят на пони или кролика. Похоже, Кирка очень любила своих прихотливых питомцев.