- Кто тебе звонил?- плохо скрывая любопытство и раздражение, спросила Ребекка Джейн, подняв чашку с чаем к губам, когда Филипп вернулся к столу.
- С работы. Что-то не так с поставками и они просят меня подъехать,- ответил мужчина.
- Но сегодня двадцать шестое,- с нажимом произнесла женщина, выразительно посмотрев на мужа.
- Я знаю,- просто выдохнул тот.- Сейчас мне придется уехать, но я позвоню тебе, как только все решится.
Ребекка поджала губы и крепко стиснула кружку.
- Постарайся не задерживаться,- произнесла она.
Одернув полы своего пиджака, Филипп Джейн кивнул жене, сделал глоток кофе и вышел в прихожую, обулся, подхватил кейс и куртку, и исчез за дверью.
Гневно посмотрев на пустующее место, миссис Джейн поправила прическу и закурила.
- Ты начинала делать уроки, Изабель?- изящно стряхнув пепел прямо в тарелку с супом, поинтересовалась она.- Тебе не нужна помощь?
Молчавшая, до этого момента, Иза медленно кивнула, сложив руки на коленях.
- Нет, я выполнила почти все, что нам задали на каникулы,- сказала девочка.- И я смогла написать интересную историю о том, что видела в зоопарке.
- Молодец,- улыбнулась Ребекка, хотя в ее глазах отражалась грусть и непонимание.- Можешь пойти поиграть или рассказать мне как ты провела этот день.
- Я хочу поиграть у себя,- тихо произнесла Изабель, задвинув стул.
- Конечно, иди,- отрешенно ответила женщина, смотря, будто сквозь ребенка стеклянными глазами.
Поблагодарив за ужин и убрав за собой посуду, Иза, перепрыгивая через ступеньки, вернулась к себе в спальню.
Закрыв дверь, девочка щелкнула выключателем, комната озарилась теплым светом. На двуспальной кровати, застеленной пушистым золотистым покрывалом, облокотившись на кованую витиеватую спинку, восседал большой лев с густой лохматой гривой. На прикроватной тумбочке лежала пара сборников сказок и маленький кактус в керамическом горшке с изображением танцующих медвежат. Рабочий стол мигал разноцветными огнями рождественской гирлянды, из магнитофона еще играла музыка, а за окном уже опустились сумерки.
Удобно устроившись на мягком подоконнике, Иза протерла пальчиками стекло и посмотрела наружу. Шел снег. Белый, пушистый, окрашивающийся в багряных лучах заката. Зажигались уличные фонари. Откинувшись на разложенные подушки и сложив руки на груди, девочка глубоко вздохнула и закрыла глаза. Голова пульсировала от изобилия мыслей.
[ Кажется, именно в тот момент я начала все записывать. Все, что тревожило меня и не давало покоя, давя огромным грузом на мои плечи. Множество вопросов, на которые я не находила ответов, чувства, которые разрывали меня изнутри. Все, что копилось глубоко в душе, а потом выплескивалось на бумагу в яростном порыве избавиться от ощущения дискомфорта. От этого становилось немного легче, на какое-то время, пока мысли не одолевали меня вновь. И я писала, писала и писала, пока мне не надоело. Не надоело думать и копаться в себе. Разбирать хлам и тонуть в нем. Пока мне не стало все равно, что будет со мной дальше.]
Когда настольные часы проухали девять часов вечера, Иза уже лежала в кровати, укрытая одеялом, и слушала ежедневную сказку на ночь. Ее влажные от душа волосы яркими серыми полосами разметались по подушке, тонкие пальчики теребили висящий на шее кулон, а большие разноцветные глаза неотрывно смотрели на крупную тень в углу комнаты. Там, уместившись на мягком кресле, восседал гордый лев, плюшевый страж детских снов. Легко улыбнувшись, Изабель тихо пожелала всем спокойной ночи и закрыла глаза.
Теплый душ пошел на пользу, заставляя сразу же провалиться в сон.
Из ночного кошмара Изи вырвала громкая ругань из-за стены. Из щели под дверью струился тусклый свет. Старенький магнитофон проигрывал сказку на репите, а неоновый циферблат часов показывал три утра.
Откинув одеяло и спустив ноги на мягкий ковер, девочка выбралась из постели и аккуратно приоткрыла дверь. Шум усилился.
- Ты не пришел,- донеслось из родительской спальни.- И даже не взял трубку, когда я пыталась дозвониться до тебя,- срывающимся голосом говорила Ребекка.
- Я не мог вырваться,- громким шепотом вещал Филипп,- я разгребал полный завал с документами и обзванивал всех поставщиков.
- Какое же это вранье,- гневно крикнула женщина,- и ты прекрасно знаешь это.