— Дышать нечем, — пропищала она, и я сразу отпустил её.
— Прости.
— Я пойду, — снова повторила она и спиной пошла к выходу из кухни. — Пока.
— Пока, — она улыбнулась и стала разворачиваться, но ударилась плечом о дверной косяк и сразу покраснела. Я улыбнулся, увидев её смущение, а она помахала мне рукой и побежала к выходу.
Этим вечером я долго думал о Лидии и никак не мог выкинуть её из головы. Не мог перестать вспоминать её заплаканное лицо, то, как она прижималась ко мне, как вкусно пахли её волосы, как мило она краснела, какой ранимой выглядела. Лидия не была похожа ни на кого из всех моих знакомых. Она словно вышла из какой-то сказки. И мне всё больше и больше кажется ненастоящий.
Но я всё же могу трезво посмотреть на ситуацию. Такая девушка, как она, может быть только в фальшивых отношениях со мной. Видно, что Лидия из хорошей семьи, что она ждёт многого от жизни и ставит перед собой большие цели. А я? Я не знаю, что со мной случится завтра. Буду ли я трезвым, или снова мертвенно пьян? Что я могу предложить? Быстрый хороший трах? А нужно ли ей это? Конечно, нет.
Лидия не из тех девушек, что позволит отыметь ей только за то, что угостил парой коктейлей. Её нужно добиваться. Дарить ей цветы, водить по роскошным ресторанам, делать изысканные комплементы и шикарные подарки. Но я не умею этого. Вот Алекс бы смог. Он всегда был слишком правильным. Они бы с Лидией классно смотрелись.
Но это почему-то только взбесило меня, поэтому я вскочил и опрокинул журнальный столик, стоящий перед диваном, а потом вскочил и сорвал эти дурацкие занавески, что подарила нам мама, а Лидия повесила. Это бесило. Тот факт, что она создавала тут семейное гнёздышко для нас. Мне не нравится такой идеальный порядок, когда мои джинсы выглажены со стрелками, когда мне нужно использовать специальные штуки, что нужно ставить под стаканы, чтобы не испачкать стол. Это всё слишком для меня, но прекрасно для Лидии.
Я достал телефон и позвонил Мэг.
Конечно же, она с радостью согласилась приехать.
23. Лидия.
Я повесила ярко-розовое платье обратно на вешалку и отошла от стойки. Все эти платья были для меня слишком яркими и вызывающими. А вот София взяла уже пять похожих платьев и пыталась уговорить меня хотя бы померить их. Но всё это было не для меня. Не люблю привлекать к себе внимания, не люблю, когда мужчины смотрят на меня дольше двух секунд. Мне сразу становится страшно. Но почему-то взгляд Хардина заставляет меня трепетать не от страха. От чего-то другого. Нового и непонятного.
Мысль о Хардине болью отдалась в сердце, а на глаза навернулись слёзы, но я быстро одёрнула себя. Я не имею права ревновать его. Но ночью, когда он устроил фестиваль крика с кем-то, я не спала и просто смотрела в потолок, представляя его там с какой-нибудь девушкой. И это было очень больно. София крепко спала, поэтому не заметила ничего, но я всё равно боялась разбудить её, поэтому прокралась в ванную, где проплакала до самого утра и не могла успокоиться.
Сегодня с утра мне пришлось краситься полчаса, чтобы привести себя в порядок, ведь меня ждал день с Софией и мамой Хардина. Почему-то именно сейчас мне стало противно от того, что я обманываю её. Она была такой доброй и милой женщиной. Печально, что, возможно, мы больше не увидимся. Сомневаюсь в том, что Хардин будет оттягивать наше расставание.
— Лидия, — позвала меня Карла. — Как тебе эти джинсы?
Джинсы с низкой талией и слишком заужены, но я вполне могла надеть такие.
— Очень симпатичные, — улыбнулась я. Так хорошо, что хоть кто-то здесь на моей стороне.
— Карла, ты должна быть за меня! — возмутилась только что подошедшая София. — Эти джинсы её обычного стиля. Нам нужно что-то говорящее «Привет! Я сексапильная красотка».
— Неужели, ты сказала «сексапильная»? — рассмеялась я.
— Да! — ответила она с широко открытыми глазами. — Я считаю, что «сексапильная» вполне нормальное и приемлемое слово. Или ты что-то имеешь против него?
— Я думала, оно вышло из обычного употребления.
— Дамы, хочу напомнить, что вы стоите рядом с пожилой женщиной, — сказала миссис Стоун, а я сразу покраснела до кончиков ушей.
— Простите, — виновато произнесла я.
— Да ладно! — невозмутимо ответила София, смеясь. — Ты красивая женщина и сама еще очень сексапильная.
От слов Софии я только сильнее покраснела и виновато посмотрела на маму Хардина. Мне хотелось извиниться перед ней за всё это, но, к моему удивлению, она рассмеялась в голос.
— А то! — ответила она и подмигнула нам.
Через час блужданий по магазинам мы устали и проголодались, поэтому я предложила перекусить где-нибудь. София, как и ожидалось, заказала очень мало, и едва справлялась с этим. Но миссис Стоун начала рассказывать о своих соседях, поэтому не обращала на это внимания.
— Когда они только переехали, — начала рассказывать очередную историю Карла. — Мальчики сразу же влюбились в Мэй, пятилетнюю дочку Клинтов. Они постоянно бегали за ней, дарили цветы, мороженное, конфеты. На руках носили. А однажды чуть не подрались.
— Но у Хардина тут был большой плюс, — рассмеялась София. — Он же старше Элиота… на сколько? Лет на семь-восемь?
— О, Элиота тогда и в планах не было, — сказала миссис Стоун. — Я говорила про Хардина и Алекса.
— Алекса? — переспросила София, а мне захотелось увести разговор от всего этого. Не думаю, что Хардин обрадуется, узнав, что мы говорили о его покойном брате.