— Позволь хотя бы поухаживать за тобой, — сказал я, взяв бутылку вина со стола, чтобы наполнить её бокал. Так как я сжёг наш ужин, у нас осталось только пицца, которую мы заказали вчера на обед. Она была уже не такой вкусной и свежей, но всё еще достаточно аппетитной. Лучше чем вообще ничего. — За тебя и твою сестру. — Я поднял бокал.
— За тебя и твой контракт. — Улыбнулась она. Лидия отпила вино и поставила бокал на стол.
— Знаешь, а ведь отчасти это благодаря тебе.
— Мне? — Удивилась Лидия. — Но ты ведь шёл к этому уже достаточно долго. А меня ты знаешь чуть больше пары месяцев.
— Дело в том, что последние года полтора у меня был сильный творческий кризис. Я пытался написать что-то новое, но у меня не особо получалось это. Когда я встретил тебя, вдохновение словно полилось из меня рекой. Песни, которые понравились агенту, я написал благодаря тебе. Так что в том, что мы ему понравились, можно благодарить только тебя.
— Это неправда! В смысле, мне очень приятно стать твоей музой. Это многое для меня значит. И это невероятно приятно. Я бы никогда не подумала, что могу стать чей-то музой, потому что я такая скучная и обычная. Во мне нет чего-то, что могло бы стать захватывающим и прекрасным.
Она ошибалась. Для меня в ней было всё. В ней был воздух, которым я дышал; смысл каждый день просыпаться, причины улыбаться и смеяться. В ней было значение моей жизни. Раньше я не понимал этого и не знал, потому что не встретил её. Но теперь я знал, что без этой девушки я и не жил толком. А встретив её я нашёл смысл бороться и двигаться куда-то.
Я даже не хочу думать о том, что бы сейчас было со мной, если бы я не пошёл просить её о помощи.
— Но я опять ушла от темы, — продолжила Лидия. — Я хотела сказать, что дел в тебе. Ты безумно талантлив. И я так рада, что из всех девушек, которых ты мог выбрать, ты выбрал именно меня.
— Лидия, это всегда была ты. Даже когда я еще не знал тебя, часть меня всегда знала, что это будешь только ты.
От моих слов на её губах расцвела широкая улыбка. И ради вот такой её улыбки и ради вот такого взгляда полного обожания и влюблённости я был готов на всё на свете.
***
Следующим утром я решил исправиться. Попытка с ужином потерпела провал. Нет нельзя сказать, что это потерпело головокружительный провал. Мы поели, поговорили, я сыграл ей несколько песен, от чего она была в восторге. А потом мы лежали на кровати, и полночи я слушала, как Лидия рассказывала о себе, Софии, их детстве и своей маме. Она очень редко говорила про свою маму, а я и не спрашивал. Боялся, что это расстроит её, а этого я хотел меньше всего на свете. Но вчера она не была грустной. Наоборот, улыбалась при каждой истории, часто смеялась от некоторых воспоминаний. Так что нельзя сказать, что этот вечер был полностью пропащим.
Но всё равно смысл был в том, чтобы организовал всё я и сделал это для неё. В итоге это она всё сделала. Поэтому сегодня с утра я встал ни свет ни заря и попёрся к магазину, где продавали ёлки. До Рождества осталось не так много времени, поэтому хороших ёлок осталось не так много. Чёрт, теперь я понимаю, почему Лидия привыкла всё делать заранее. Если бы я подумал о том, что она любит Рождество и захочет украсить ёлку, раньше, то не стоял бы в девять утра на морозе и не спорил бы с какой-то скандальной женщиной за ёлку. Просто это была самая красивая ёлка. Уверен, что Лидия будет от неё в восторге. Но сначала мне нужно получить её.
Когда война за ёлку была закончена (моей победой естественно, кто бы сомневался. И как ни странно, в победе мне помогла именно история о том, что я хочу купить ёлку для любимой девушки, после неудачной попытки романтического ужина) оставалось еще одно трудное испытание. Нужно было пронести её шесть кварталов, потому что с ней в метро не особо влезешь. Чёрт, если бы несколько месяцев кто-то рассказал мне, что я встану в семь утра, чтобы купить ёлку для девушки, а потом еще потащу её несколько кварталов по морозу, я бы обязательно пошутил, что у неё должна быть золотая вагина или сестра-близняшка, с которыми у меня будет тройничок.
Но кто бы знал, что я буду делать это не ради секса или чего-то другого. Я делаю это только ради того, чтобы увидеть радостную улыбку на лице моей любимой девушки.
Когда я зашёл в квартиру, понял, что нужно было сначала продумать, куда я поставлю ёлку, а уже потом бежать покупать её. Дерьмо! Уверен, что у Лидии никогда не возникало подобных проблем.
— Хардин? — Позвала Лидия из моей спальни, а потом вышла в гостиную, пока я стоял с ёлкой в руках и думал, куда бы её пристроить. С утра Лидия была особенно прекрасна. В моей футболке, с растрёпанными рыжими волосами и сонным лицом. Она была еще более невинной красивой. Настолько, что иногда по утрам, я просто лежал в кровати и смотрел на то, как она собирается. Потому что ей невозможно не любоваться. — Что ты делаешь? — Спросила она.
— Сюрприз. — Лишь сказал я, как самый полнейший придурок.
— О, Божечки! Ты ёлку купил! — Закричала радостно Лидия и начала прыгать на месте, как маленький ребёнок. Серьёзно, я в пять лет так не радовался рождественской ёлки, как Лидия радуется в двадцать. А тогда я просто обожал Рождество. Но я не жалуюсь, ведь именно такой реакции я и хотел добиться.
Лидия подбежала ко мне и поцеловала, крепко обняв за шею. Она была настолько счастливая, что часть этого счастья проникала в меня, и я буквально мог ощущать, как внутри разливается приятное тепло.
Когда Лидия немного отошла от своей волны радости и перестала посекундно целовать меня (ну, не то чтобы я возражал простив этого), она помогла мне найти место в гостиной, куда мы установим ёлку, а потом побежала в комнату переодеваться, чтобы потащить меня в торговый центр. Она сказала, что нам нужно много чего купить, начиная от украшений и заканчивая подарками для наших друзей и родных.